Что бы Джеймс не говорил о рунах на наших запястьях, наверняка есть лазейка, которая позволит разрушить нашу связь. Момент придет, и мне придется оставить королевского внука, у него должна быть правильная супруга, не я. И хорошо, что связь не закреплена, и таковой останется», – горько думаю.
– Извини, – добавляю еще тише, поскольку Джеймс молчит и не поворачивается ко мне. – Ты мне много помогаешь, нянчишься со мной. Извини, я не должна была усложнять.
– Хм, – герцог наконец–то поворачивается ко мне, – как ни удивительно, но я рад, что ты решила усложнить.
Я не успеваю узнать, что имеет в виду Джеймс, как карета резко подпрыгивает на дороге, раздается оглушительный треск, и…
Глава 42
Транспорт заваливается на бок вместе с нами.
Зажмуриваюсь, я уже падала в карете, это было больно. Мягкая обивка внутри только на сидениях, все остальное твердое, деревянное.
Но в этот раз боль почему-то не приходит, я лежу на боку, и мне мягко.
– Как ты, Александра? – обеспокоенно спрашивает дракон.
Конечно, я не пострадала исключительно благодаря Джеймсу. Свой долг перед ним мне никогда не выплатить.
Впрочем, я бы сейчас и вовсе не сидела в карете, а осваивала садоводство, если бы не он.
– Все хорошо, ты быстро среагировал. Тебе не больно? – Пытаюсь встать с дракона, еще бы понять как выходить из кареты, наверное, через дверцу, которая теперь сверху.
– Я в порядке, а ты не торопись, я слышу шаги, к нам кто–то идет, их несколько, судя по доносящимся снаружи звукам, – произносит герцог напряженно, а потом за секунду меняет нас с ним местами, бережно усаживая меня, а сам поднимается на ноги.
– Ладно, – говорю я, пугаясь.
Но долго сидеть в неведении не приходится, дверь сверху открывается, дракон мгновенно реагирует, выпрямляется во весь рост и резко хватает человека, открывшего дверь.
– Тьфу, – Слышу я презрительное, – это снова вы, констебль, – Джеймс отпускает человека, а потом подтягивается на руках и вылезает из кареты.
Пошатываясь, поднимаюсь на ноги и вытягиваю руки вверх. И тут же герцог бережно вытаскивает меня наружу. На нас с интересом смотрят несколько человек в форме, как у заглядывавшего к матери Джеймса констебля. Я окончательно расслабляюсь, это не разбойники, это люди, что их ловят.