Красивое, с золотистым тиснением, с моим именем и… Я вдруг замер, чувствуя, как внутри что-то болезненно сжалось.
– Мама, что это за имя? Здесь написано Малия. Мою невесту зовут Алия.
Мать удивлённо взглянула на меня:"
"– Алия? Но ведь твоя тётя и сваты ездили в их дом. Они сказали, что девушка согласна…
Я резко бросил приглашение на стол. Гнев начал закипать во мне с неимоверной силой.
– Это ошибка, – процедил я сквозь зубы, стараясь сдержать себя. – Ошибка, которую нужно немедленно исправить.
Мать тревожно поднялась, осторожно подошла ко мне и положила руку на плечо:
– Таймур, успокойся.
Я покачал головой. Опечаток не бывает в таких важных вещах.
– Нет, мама. Это не просто ошибка. Я не выбирал никакую Малию. Я выбрал Алию. И мне надо понять, почему меня пытаются обмануть.
Гнев уже пульсировал в висках, требуя выхода. Я не терпел лжи и не собирался позволять кому-то играть со мной в такие игры.
– Я разберусь, – произнёс я холодно. – И не дай Аллах, если это сделано намеренно.
Развернувшись, я вышел из гостиной, оставив мать растерянно стоять в центре комнаты.
Поднимаясь по лестнице в спальню, я уже знал – завтрашний день станет началом настоящей бури. И кто бы ни стоял за этим обманом, он запомнит этот урок на всю жизнь.
Никто не смеет играть с Таймуром Саидовым.
***
Я сидел в кабинете, сжимая в руках одно из свадебных приглашений. Золотистые буквы на плотной бумаге сияли, как издёвка: “Малия Азимова”.
Через минуту я уже поднялся. Вышел в коридор, коротко бросил помощнику:
– Пусть срочно приедут все, кто ездил свататься. Без исключений.
Они приехали быстро. Один за другим. Тётя Салима вошла последней, поднимаясь на крыльцо степенно, как всегда – с достоинством. Лицо спокойное, даже немного торжественное. Ещё бы, она считала, что всё сделано правильно.
Я не стал тянуть.
– Посмотри.
Тётя взяла конверт, расправила. Глаза пробежались по буквам, губы чуть дрогнули:
– Всё правильно. Малия Азимова. Что-то не так?
Я поднял взгляд. Ровный, прямой.
– А ты уверена, что я просил засватать Малию?
Тетя Салима нахмурилась. Моргнула. И только теперь её уверенность дала трещину.
– А разве… ты не это имя называл? – голос её дрогнул, и пальцы чуть сжались на бумаге.
Я наклонился вперёд.
– Нет.