Заговорив, он и вовсе стал предельно серьёзен:
— Для меня превыше всего безопасность и благополучие королевства. Я присягнул на верность царосу, служил. И готов служить тому, кто примет бремя правления следующим. Мне трудно представить, что уважаемый Регентский Совет доверит страну мне. Я полностью разделяю взгляды дяди и буду продолжать его политику.
Ирсен сел.
Только дурак не поймёт, что короткую речь можно сократить до одной фразы: я не хочу на трон, но я поддержу того, кто станет следующим царосом.
Второй выступила Кара. Она говорила гораздо больше, в основном о внутренних проблемах страны, несколько неожиданно для меня прозвучало — про несовершенство страховой системы. В конце речи Кара не забыла упомянуть, что безоговорочно поддержит того, на кого укажет Совет, и лишь надеется, что сможет продолжать заниматься благотворительностью.
Наследники сейчас что-то вроде своей политической программы рассказывают?
Иола говорила об экономике, о внешней торговле, о важности поддерживать мирные добрососедские отношения с соседними странами.
Принц получил слово последним. Я так и не поняла, по какому принципу определяется очерёдность выступлений. То есть очевидно, что в соответствии с тем, как наследники расположились за столами. Неужели случайным образом, без регламента?
Я сосредоточилась на речи принца.
Церемониймейстер выдержал минутную паузу и ударил посохом об пол:
— Мы выслушали кандидатов.
В зале стало тихо. Казалось, аристократы даже дышать перестали. На миг мне показалось, что кто-нибудь обязательно выскажется против принца, потом я подумала, что могут оклеветать Кару или Иолу. Никто не шелохнулся. Церемониймейстер глубоко вдохнул, наверное, чтобы объявить следующий этап, но Ирсен его опередил.