— Покушение на цароса произошло в резиденции герцога Варильсткого, более того, яд был поднесён царосу слугой герцога, а яд был подмешен в вино из запасов герцога. Что же это такое, что расследование поручается главному подозреваемому?
Иола была готова:
— Поскольку герцог оказывался самым очевидным подозреваемым, именно его проверили в первую очередь. Как вы понимаете, я не буду раскрывать детали. Проверка подтвердила полную невиновность герцога, поэтому мы с сестрой и братом просили кузена взять расследование на себя.
Несмотря на ясный и чёткий ответ, несмотря на безоговорочную поддержку, которую королевская семья дала Ирсену, недовольство со стороны аристократов росло. Смельчаки начали перешёптываться, и зал заполнял тревожный гул, как будто ткнули палкой в осиное гнездо. Больше всего, пользуясь тем, что они не на виду, перешёптывались зрители, хотя здравый смысл подсказывает, что каждый человек в зале под пристальным наблюдением, и всех говорунов запомнят.
Принцессы и принц выжидали.
Гул становился громче. И резко оборвался. Не лицах некоторых зрителей отразился испуг. Вспомнили, где находятся.
Но повисшую тревожную атмосферу мгновенно разрушил один из аристократов:
— Ваше Высочество, — поднялся он. — Мы все надеемся на скорейшее выздоровление цароса. Надеемся, что его здоровье будет в полном порядке.
Мужчина поклонился и снова сел.
Иоле ничего не оставалось, кроме как дать чуть больше сведений о состоянии цароса. Обходясь общими фразами, она сообщила, что царос после победы над действием яда и возвращения из беспамятства чувствовал слабость и нуждается в отдыхе, но, несмотря на то что по советам целителей царос некоторое время проведёт в постели, он ситуация в королевстве уже под его полным контролем, так что нет причин для беспокойства."
"— Ваше Высочество, как мы, подданные Его Царосского Величества, можем не беспокоиться, когда в королевстве легко и беспрепятственно совершено столь чудовищное преступление? — и снова пожилая леди.
Так она нарочно подливает масла в огонь? Спалить бы этот серпентарий…
— Если человек хочет лелеять в своей душе зло, то его не остановит ни царос, ни ключники, на сама Батита. Но когда человек открыто обозначает свои намерения, он будет взят и предан справедливому Суду.