— Я понимаю, что вы там дикие все в Астаросе, но ты хоть представить можешь, что может натворить король, вставший не с той ноги? А если ему приснится кошмар? А если наоборот?
Я задумалась, что такое «наоборот», ничего так и не придумала, поэтому спросила:
— А он что делает? Рассказывает, что это всё ерунда и сон, расшифровывает всё как к богатству и славе или правда что-то серьёзное?
— И то, и то, — неуверенно ответила призрак и вдруг разозлилась. — Чего ты у меня спрашиваешь? Я же не королева в конце концов!
Я не знала, как её успокоить.
Положение спас Чича. Он приобнял меня за плечи и заговорщически произнёс:
— Между прочим, ваш старший сын ревнует Белку и совсем не вспоминает про свою эльфийку.
Глава 13
Почему никто не любит вампиров
'Избирательная память —
лучшее подспорье для короля.
Только она должна быть не у него,
а у подданных и родственников'.
Король Флин Первый Интийский
«Тайные мемуары величайшего правителя со времён появления государственности».
К моему удивлению, Арриена после этих слов Чичи просияла.
— Я бы сама не вспоминала про эту красноволосую, — пожаловалась она. — Ужас какая противная, подлизывается ко всем сразу, чтобы всем понравиться.
Я вспомнила отвратительных родственников Гастионов и восхитилась Наперстянкой. Я с трудом удерживалась от того, чтобы не махать лопатой — лишь бы они не подходили ближе.
— И как, помогает? — поинтересовалась я.
— Какой там, — отмахнулась Арриена. — Эти драконьи отрыжки только посчитали её слабой и теперь поливают презрением.
— Зато она их всех переживёт, — «успокоил» нас обеих Чича. — Белочка, счастье моё, тебе там не дует?
Мне было и холодно и одновременно жгло, так что вежливая попытка свернуть разговор была воспринята мною на ура. Арриена полетела давать задания во дворец и домой. Мы решили, что невидимые слуги тоже могут перебрать библиотеку Гастионов.
С этими мыслями я наконец добралась до своих покоев. Я отошла за дверцу шкафа, чтобы переодеться, пока вампир осматривался в нашей с Софи комнате.
— У вас тут чудовищный бардак, — заметил он через несколько минут шуршания и шелестения.
— Ага, — согласилась я. — Мы же в некотором роде алхимички.
— И что? — не понял Чича. — Вы же не вонючие суслики!
— Я бы попросила! — возмутилась вы.