Он попался случайно, но прямо на месте преступления, так что…
-- Как убивал? – она смотрела мне в глаза прямо, добиваясь ответа и не собираясь отступать.
Я все еще мялся, не желая озвучивать подробности. Клэр так побледнела, что я с надеждой ожидал слов типа: «Я больше не хочу это слушать.». Однако она молчала и часто дышала, а потом почти шепотом спросила:
-- Он засек их насмерть?
-- Да. Откуда ты… Он что, и тебя?.. – в горле стоял такой комок, что я даже не смог закончить вопрос.
Пауза была такой долгой, и я уже думал, она не ответит.
-- Это было один раз. Я тогда уже поняла, что у него что-то не в порядке с головой… Он точно мертв?
-- Точнее не бывает. Его удавили прямо в тюрьме по приказу сверху. Суд был закрытым, но… Дело изначально было слишком шумным. В городе без конца обсуждали новости и плодили сплетни. А этот ублюдок еще и дворянин. Король не хотел публичного скандала и публичной же казни. Объявили, что Господь наслал на него
болезнь. Тело даже не выставляли для поругания.
Некоторое время Клэр молчала, что-то обдумывая, а потом сказала фразу, которая меня просто потрясла:
-- Надо придумать, как изложить это, чтобы барон не пострадал.
-- Клэр… Какая тебе разница, как будет жить барон? Этот мужик не сделал практически ничего, чтобы помочь тебе.
-- Сделал, Саша. Он относился ко мне как к равной и как к человеку. Да, он был слишком слаб, чтобы отстоять свои или мои права. Но, знаешь, добро часто выглядит слабостью. Ты еще не рассказывал ему?
-- Без подробностей, – я слегка недоуменно пожал плечами, но спорить с Клэр не рискнул.
-- Надо придумать что-то приличное, Саша. Я не вижу вины барона во всей этой истории. Пусть он и слабый человек, но не подлый.
Я смотрел на нее, и хотя момент был достаточно тяжелый улыбка невольно растягивала мои губы чуть не до ушей. Даже мое родное имя в ее устах звучало как-то необыкновенно.
КЛЭР
Первые пару дней в замке графа ушли на бесконечные беседы. Мы разговаривали, перескакивая с одной темы на другую. Рассказывали о своей прошлой жизни, о детстве и учебе, о друзьях-приятелях и близких людях."
"Выяснилось, что близких-то людей там у нас и не осталось. Мы оба были одиночками. И только потом, несколько дней спустя, я начала понимать, насколько мне с ним повезло.