— Ага, значит выбор между усилением и защитой, и укреплением и скоростью. Ну, спросим у самой Галины, что ей больше подходит. Так-то она была спортсменкой именно в том виде спорта, где нужна физическая сила. В общем, ждём пробуждения. Теперь ещё нужно подумать, куда девать вон ту крылатую ящерицу.
— Я не сплю. — прозвучал в моей голове раздражённый голос Дракота.
— Ну тогда присоединяйся, будем вместе думать, на кого тебя оставить.
— Друг, я не понял, ты что, на самку меня променять решил? — в мыслеречи питомца послышались скорбные нотки.
— Не паясничай, клоун. Лучше предложи толковую идею, как сделать, чтобы ты смог в сытости и безопасности переждать несколько дней.
— Ну, есть же перворожденные дети Эмао, которых ты называешь некоши. Они всегда относились к нам, чёрным, с большим уважением. У перворожденных считается большим грехом причинить вред одному из старших детей.
— Так, подожди. Значит некоши — это перворожденные.
— Твой разум слишком слаб, чтобы осознать всё величие замысла Эмао, но суть ты уловил верно. — с показным высокомерием ответил питомец.
— Не выпендривайся. Тоже мне, старший, а сам неделю назад от зелёных мутов шарахался. Слушай, а мехомутанты какое место занимают в вашей иерархии? Они тоже порождения Эмао?
— Мёртвые чужаки? Глупый Аудрэй, мёртвые — не порождение Эмао. Они враги, и их нужно разрывать на куски! Ты заменил потерянную конечность врагом, и думаешь, что покорил зло.
— Даггара, значит. — я собрался задать ещё один вопрос по интересующей меня теме, но в этот момент в дали раздался взрыв. Сориентировавшись на звук, понял — это подорвалась капсула Галины. Что ж, вот и знак, пора сниматься с насиженного места. Девушка уже семь часов спит, пора будить.
— Аудрэй, я могу отличить мёртвого от живого.