Главная наша находка — игломёт четвёртого класса, не привязанный к хозяину. Оказывается так часто делают сплочённые группы охотников на мутантов. Я оставил трофей себе, как самостоятельной боевой единице. Виктор Викторович у нас больше из засады стрелок, а Галине и имеющегося оружия пока что с лихвой.
Из гранат, увы, нам достались только две светошумовых — обе нашлись в разгрузке элитника. Ну и расходники: магазины со спицами, картриджи для полноценной работы бронекомбеза, шприц-капсулы со стимуляторами.
— А ни перейти ли нам на тёмную сторону? — задумчиво спросил Виктор, когда мы закончили собирать трофеи.
— Тёмная дорожка — она скользкая. Десять шагов спокойно пройдёшь, а на одиннадцатом подскользнёшься, причём неудачно. Двигаем дальше, на границу с жёлтой зоной. — распорядился я, и, отстегнув игломёт от бедра, первым зашагал по узкой тропе, уводящей нас с недавнего места побоища.
* * *— Вот она, моя удачная позиция. — с гордостью произнёс Виктор, указывая пальцем вглубь жёлтой зоны. — Обычно отсюда бью мутантов одним-двумя выстрелами, после собираю мутаген.
— А что, неплохо. — согласился я, сидя на толстой ветви дерева и разглядывая в прицел винтовки жёлтую зону. Видимость до пятисот метров, не меньше. Все возможные укрытия с высоты легко просматриваются. И русло небольшой речушки, куда идут на водопой и жёлтые, и зелёные мутанты.
— Нет. Я, конечно, в лесу, как у себя дома, но в воду стараюсь не лезть. Видел однажды, как какая-то жёлтая тварь щупальцами утащила хлыста. Бедняга сопротивлялся, но ни скорость, ни мощные удары не помогли ему. Так то.
— Ну, пару раз мы соберем здесь урожай, а потом зверь закончится. Ладно посмотрим, что да как.
Первый мут, душитель, приполз минут через десять. А дальше зверь пошёл на водопой косяком, видимо желал напиться перед очередной малой ночью.