Секундой позже лица касается прохлада свежего воздуха. Пытаюсь вдохнуть его полной грудью, но в этот момент вновь накатывает темнота.
Следующий раз прихожу в себя от жара, распространяющегося из желудка. Он стремительно растекается по телу, возвращая чувствительность. Пытаюсь подняться, но мне что-то или кто-то давит на грудь.
— Лежи, приёмный, сок коавы только начал действовать. — раздается надо мной голос краснокожего. — Он выведет яд, и ты вернёшь подвижность.
Вновь накатывает тьма, но уже спасительная.
* * *В себя приходил медленно, словно пытался проснуться, но этому мешало принятое накануне снотворное.
Слева тот самый вольный, которого я не добил на базе корпов. Взгляд у него испуганный, глазки так и мечутся.
— Шиц, ты меня слышишь? — шёпотом произнёс я. В ответ тишина. Зато пленный тут же закрутился, начал мычать, всячески показывая, что он в ужасе.
— Да заткнись ты, ушлепок. — проворчал я, и осторожно ощупал свои грудь и плечо. Так, ран вроде нет, разве что парочка мелких болячек. — Шиц, какого хрена молчишь?
— Кэп, я провожу диагностику организма. Похоже токсин, парализовавший тебя, полностью выведен из тела. — сообщил искин. — Зато обнаружены следы мощного сорбента неизвестного происхождения.
— Это Сан постарался, больше некому. — я приподнялся на локтях, повернулся к пленному. — Эй, страдалец, чем твои дружки смазали спицы?
— М-мм! Мо-о! — вольный отшатнулся от меня, вытаращив свои глаза, переполненные страхом.
— Да чего ты верещишь. — я сел, ощущая в полной мере, насколько у меня затекли мышцы. Похоже давненько мы тут лежим.
— Друг! Очнулся! — неожиданно громко прозвучало у меня в голове, заставив вздрогнуть. А через мгновение в палатку залетел черный вихрь.
— Эй, животина, а ну оставь командира в покое! — произнёс Виктор, очнувшийся от шума.
— Драк, ты же меня покалечишь! — я уперся руками в грудь питомца. — Хватит уже!
— Дракот радуется! — ответил мутант, но все же прекратил свои телячьи нежности. Чёрт, а ведь эта зверюга знатно подросла.