— отозвался шагающий рядом Гут. — А, ты с искином разговариваешь? Кстати, у тебя баба или мужик?
— У меня что? — не понял я.
— Ну голос у искина мужской, или женский?
— Мужской.
— Повезло тебе. А у меня баба в голове постоянно разговаривает. Иногда хочется заткнуть её, а как? Приходится терпеть.
— Всем стоять! — раздался впереди голос Мисава. — Справа от тропы стая жевунов. Разрешаю поохотиться. Новичок, ты первый. Хочу посмотреть на тебя в деле."
"— Шиц, что за жевуны? — спросил я, упирая приклад игломёта в плечо.
— Сухопутный мут, ранг синий, самоназвание — жевун. Мутант весом в сорок стандартных единиц, обладает невероятно мощными челюстными мышцами. Способен, не повредив защитного комбинезона, перекусить кости рук и ног заключённого. Чтобы изъять мутаген, необходимо отрубить голову. Любые другие повреждения повлекут за собой потерю мутагена.
— Ты предлагаешь мне убивать их мачете? — на всякий случай уточнил я. — Я что, похож на мясника?
— Они довольно медлительны, Кэп, к тому же ещё не отошли от ночи.
Первого жевуна я увидел, сделав шагов десять вправо от тропы. Симпатичный синенький крокодильчик, около метра длинной, и головой очень похожий на рыбу-молота. Мут мирно лежал прямо на земле, и похоже спал. Эх, Гена, Гена, что с тобой сделала любовь к радиактивным отходам
— Подсвечиваю уязвимое место.
Шаг, второй, и вот я уже сбоку от жевуна. Сука, рубить одной рукой жутко неудобно, а выпускать из левой игломёт глупо. Я, конечно, слышал поговорку, что риск — благородное шампанское, но до сих пор не проникся её смыслом.
Звук рассекаемого воздуха, смачный чавк, и голова зверушки наконец-то обрела свободу. Из раны тут же ударила струя синей крови, обильно поливая землю.
— Кэп, скорее приложи правую ладонь к основанию хвоста, нужно забрать мутаген.
Выполнив наставления искина, и произнеся шёпотом нужную фразу, через несколько секунд я стал обладателем капсулы, процентов на семь заполненной синей густой жидкостью. Хм, а это оказалось не сложно.
Второй жевун заметил меня, и даже попытался напасть, но с его черепашьей скоростью я не оставил крокодилу-молоту ни единого шанса.