— Ты же понимаешь, что когда в три часа ночи перед тобой в санузле появляется незнакомый голый парень, то меньше всего верится в версию брата? — послала она гостю скептическую ухмылку. — С чего ты, вообще, взял, что мы родственники?
— Я тебе всё расскажу. Но, во-первых, мне нужна одежда, а во-вторых… — он сложил брови домиком, сделавшись невыносимо милым, — …сестрёнка, у тебя есть что-нибудь поесть? Умираю с голоду. Создание порталов выматывает все силы.
Лера совершенно не была уверена, что перед ней брат, даже наоборот, была уверена в обратном, но в ней всё равно включился сестринский инстинкт.
— Одежду пока не обещаю, а бутерброды будут. Жди здесь, — скомандовала она и направилась к выходу из санузла. — Но бутерброды не означают, что я поверила будто ты брат. Это просто жест гуманитарной помощи страждущим.
Он рассмеялся.
— Почему-то именно такой тебя и представлял — доброй и ироничной. Кстати, захвати мой подарок, как раз и проверим, родственники ли мы.
— Твой подарок?
— Тебе же передали сегодня утром футляр?
— Он был от тебя?
— Да.
Лера передумала идти за бутербродами. Развернулась к парню лицом и прожгла взглядом.
— То есть пенал, наполненный чернилами глубоководного остреуйского (или как там его?) осьминога, был от тебя?! — она сделала шаг по направлению к нему и с ещё большим возмущением продолжила: — Теми самыми чернилами, которые вызывают жуткую аллергическую реакцию?! Зуд, покалывание, пощипывание, жжение?!
— Подожди.
— Каракатицы? Но знающий человек опознал их как чернила осьминога.
— Этот знающий человек, наверно, не знает фауну нашего мира. Возможно, чернила здешнего осьминога внешне похожи на чернила нашей каракатицы. А кстати, как ты смогла открыть футляр?
— Знающий человек помог.
— И кто же этот знающий?
— Наш ректор.
Парень присвистнул.
— У тебя роман с ректором?!
— С чего ты взял? — щёки Леры вспыхнули.
— Защёлка стояла на магическом заклятии. Я специально так запер. Открыть можно было только вдвоём и только близким людям. Родственникам, например. Я думал, вот мы с тобой как раз и откроем. И сомнений не останется, что мы брат и сестра. Но раз ты со своим ректором смогла открыть, то… — он улыбнулся одними глазами, — выходит, у вас с ним страсть.
Лера почувствовала, как уже не только щёки, а и всё лицо залил румянец.