— А как ты планировал Новый год отметить? — интересуюсь, когда мы усаживаемся за стол в отдалении от компании. Исподтишка наблюдаю, как босс с жадностью пирата, нашедшего сокровища, начитает поглощать салаты и закуски. Ну конечно, такую мышечную массу надо поддерживать, забрасывая в себя еду как в топку… Аппетит босса мне нравится и греет душу, ведь кое-какие закуски я готовила собственноручно, хотя планировала ими удивить совсем другого мужчину.
— Обычно мы с друзьями ездили за границу, в зависимости от настроения.
— А в этом году куда собирались?
— В этом на Бали, домик сняли, яхту, все дела, — говорит он о роскоши как о чем-то само собой разумеющемся, а у меня сердце сжимается. Наша скромная квартирка совсем на яхту на Бали не похожа.
— А ты им про ребенка сказал? — спрашиваю осторожно, перебирая в памяти предыдущие события. Что-то я не помню, чтобы босс кому-то по поводу отмены поездки звонил или ему телефон на этот счет кто-то обрывал.
— Я им потом сюрприз сделаю! — посмеивается босс, и я сглатываю свое любопытство, не позволяя себе расспрашивать дальше, хотя мне жутко интересно, что за друзья такие и какая реакция у них будет на неожиданное отцовство Жданова.
Продолжая мирно праздновать, мы периодически ходим проверять спящего малыша, чье маленькое личико каждый раз вызывает порцию сладкого умиления. До чего же он крошечный и беспомощный, доверчиво прижимающийся к любому человеку, взявшему на ручки. Совершенно чужому.
— Его мама так и не объявилась? — спрашиваю у босса, в очередной раз прикрыв дверь своей комнаты, куда положили ребенка. Время уже подбираемся к трем ночи, тетки начинают уносить грязную посуду в кухню и мыть ее, праздник потихоньку сворачивается. Возникает резонный вопрос о ночевке. Очевидно, что босс остается в нашей квартире, но лечь ему негде, разве что в кресле возле елки, тогда как я размещусь на диване рядом. Как бы этого избежать? Ума не приложу.