О каком насилии могла идти речь, когда крышка люка открылась, как и прежде, легко. А ведь соседка запросто могла закрыть ее снизу. Но она не сделала этого, потому что тайно или явно ждала вторжения сверху.
И дверь с балкона в гостиную была открыта настежь. Рита лежала на диване с книгой в руках и делала вид, что увлечена чтением. Полы халата спущены вниз по разведенным бедрам поднятых и согнутых в коленях ног, раскинуты в стороны. И было видно, что под ними ничегошеньки нет. Заходи, кто хочешь, делай, что можешь.
Она закрыла глаза, изобразив из себя спящую красавицу. И чтобы разбудить ее, Алик должен был ее поцеловать. Он выбрал более серьезный способ выразить свои чувства. С ходу еще шире раздвинул ноги, навалился на нее и в поднятом настроении, сильным глубоким движением заставил проснуться. И помчал ее, как тот принц, на своем коне. Она же и не пыталась соскочить с его седла.
Глава 19
Темно-серый джип «БМВ» на фоне торгового центра из стекла и металла – чисто картинка для рекламного проспекта. Для полноты ощущений не хватало только девушки в мини-бикини в позе «всегда твоя».
Девушка, в общем-то, была – красивая, эффектная, но в одежде, и юбка ниже колен. На лице заискивающая улыбка – как-никак с боссом разговаривает. Тот собирался уезжать, а она ему что-то объясняла, сжимая под мышкой папку с бумагами. Мужик небрежно махнул на нее рукой, дескать, как-нибудь в другой раз, сел за руль, а она закрыла за ним дверь.
– Ай-яй-яй! Какой нехороший мужчина! Она его хочет, а он ее гонит! – хитродурно сощурив и без того косые глаза, покачал головой татарин Ильяс.
– Она его не хочет. Она работает у него. Видишь, документы у нее какие-то, – попытался разубедить его Митроха, жилистый русак с бесцветными гла-зами.
– А чо – документы? Может, она счет ему выставила? Может, отужинал ее в офисе, а расплатиться забыл?.
Что Ильяс, что Митроха, оба несли какую-то околесицу. Алику это надоело.
– Хорош пургу гнать, – тихо, без эмоций сказал он.
И сразу же в машине повисла тишина. Ильяс и Митроха боялись его и уважали, а потому никогда не перечили.
– Давай, Митроха, пошел.
Их «семерка» плавно тронулась с места и пошла вслед за джипом. Константин Енисеев ехал домой, по дороге, часть которой проходила по малолюдной промышленной зоне. Впрочем, свидетели Алика не очень-то и смущали.