Он был сильным, и его решимость, которую едва ли можно было не заметить, придавала ему еще больше сил. Инга не могла сказать, на что была направлена эта решимость, но, казалось, его что-то вынуждало делать те шаги, которые он делал. Ничто и никто не смогли бы его остановить.
Мариус принес откуда-то бельевую веревку — вероятно, из небольшого помещения, расположенного сразу же рядом с кухней, в котором стояли стиральная машина и сушильный автомат. Эта бельевая веревка была у него в руках, когда он неожиданно застиг Ингу в гостиной, только она не сразу это заметила.
— Ты не утонул, — уточнила она после первых секунд испуга и промямленного ""привет, Мариус"".
— Нет, — произнес ее муж, — я не утонул.
Их встреча при данных обстоятельствах — среди ночи в доме Ребекки, в который он, очевидно, проник насильственно, — была всем, чем угодно, но не нормальным воссоединением супругов. Однако инстинкт подсказывал Инге, что для нее будет единственно верным вариантом, если она, тем не менее, продолжит вести себя так, словно появление Мариуса было не таким уж странным.
— Почему же ты не объявился раньше? Я с ума сходила от переживаний! — сказала она.
""Не перегибай палку, — предупреждал ее внутренний голос, — он, может быть, и сумасшедший, но не дурак. Он знает, что после сцены на яхте ты уже не изводилась от страха за него"".
— Я имею в виду, — добавила она, — между нами еще многое остается невыясненным.
Мариус взглянул на нее с загадочной улыбкой.
— Действительно?
— А ты другого мнения?
Мужчина пожал плечами.
— Я не знаю. Возможно, это уже не имеет значения.
— Тебя искала пограничная служба. Как ты оказался за бортом? Я ведь вообще уже ничего не видела.
— Меня со всего размаху огрело мачтой и смело́ за борт, словно газетный лист.
— Ты был без сознания?
— Кажется, нет. В крайнем случае, только мгновение. Но я не мог пошевелиться от боли. Я подумал, что как минимум одно ребро, а то и несколько сломаны. Я болтался во волнам в своем защитном жилете, яхту относило все дальше, а я ничего не мог сделать… — Он снова пожал плечами.
"— А потом? — спросила Инга, в то время как в голове у нее проносились самые разные мысли. ""Где Ребекка? Почему он не пошел сразу ко мне? Почему влез ночью через окно? Что у него на уме?""
— Потом, позже, я снова овладел собой, — сказал ее муж. — Начал снова шевелиться. И поплыл. Я приплыл в малюсенькую уединенную бухту и оттуда пешком добрался сюда.