Я была так изумлена его добротой, что преодолела страх и, обняв мужчину, послужила ему нетвёрдой опорой. Кое-как Этвеш сполз на пол, а я только догадалась, что нужно было постелить покрывало.
Теперь, когда кровать не навевала мне жуткие воспоминания, стало проще дышать. Стараясь не думать о том, что делаю, я поспешно отстегнула изодранный плащ, который и послужил для мужчины подстилкой, а потом проворно расстегнула пуговицы на его камзоле."
"Когда стягивала одежду, лицо Этвеша потеряло краски, приобретя пугающую бледность, а рот приоткрылся, выпуская рваное дыхание.
Поспешно отвернулась и отложила тяжёлый пропитанный кровью камзол в сторону. Рубашку снять не смогла, стоило задеть раны, как Этвеш едва не синел, а взгляд его наполнялся такой болью, что у меня давило грудь. Пришлось бросить попытки и попросту разодрать ткань, обнажая грудь мужчины.
— Чем вас ударили? — сорвалось с немеющих губ.
Рана оказалась ещё ужаснее, чем я думала. То, что я видела, было лишь малой частью. Казалось, что мужчину облили какой-то ужасной кислотой, или он оказался в огне… То тогда бы подгорела и одежда. Единственное, что пришло в голову, я едва слышно озвучила:
— Это магия?
— Всё-таки любопытство вам не чуждо, — скрипя зубами от боли, саркастично процедил он.
— Простите, господин. Я забыла своё место.
Он потемнел лицом и сузил глаза:
— Ваше место?
Я поспешно поднялась и вернулась к столику, на котором оставила таз и тряпочки.
— Простите, господин.
— Да прекратите, наконец, извиняться! — проскрипел он и сжал пальцы в кулаки. — Это нужно смыть как можно быстрее. Продолжайте.
— Эликсир? — догадалась я, холодея изнутри.
Когда я впервые оказалась в доме Иргана, то почему-то думала, что эликсир это что-то вроде отвара трав, который может помочь здоровому сну или же избавит от кашля, но оказалась не права.
Ирган часто хвастался, что эта способность досталась ему от матери, и мечтал развить её, но жаловался, что ничего не получается.