Но я должен сразу предупредить: это очень рискованное предприятие, мы вступаем в игру с опасными людьми. Напомню, что в заговоре состоит констебль. Даже я затрудняюсь просчитать последствия, если что-то пойдет не так. Мы поймем, если ты откажешься.
На бледном лице доктора Доу не проскользнуло ни одной эмоции, но Винки понял, что все уже решено, ведь они прямо сейчас едут на эту улицу Флоретт. Если бы они думали, что он может отказаться, рассказали бы все еще там, на площади. Нет, они заранее знали, что он им ответит.
– Я помогу.
Джаспер улыбнулся.
– Я же говорил, дядюшка: на Винки можно положиться!
Доктор Доу кивнул, указывая на гармошку.
– Ты умеешь на ней играть? – Когда Винки ответил отрицательно, он глянул на Джаспера. – Так даже лучше. Все будет выглядеть естественнее.
– Можно я расскажу Винки план? – спросил племянник. – Ну пожалуйста!
– Разумеется, – позволил дядюшка. – Ты ведь его придумал.
Джаспер наклонился вперед и, поманив к себе Винки, дождался, когда тот придвинется, и в лучших секретных традициях зашептал:
– На Пыльной площади стоит полицейская тумба…
Винки слушал его, время от времени кивал.
Мальчик и не думал о вознаграждении, которое пообещал ему доктор Доу. Это ведь похитители детей – его долг помочь остановить их. Кто знает, вдруг ему удастся вызнать что-то про судьбу пропавших Сироток.
Кеб мистера Боури был все ближе к улице Флоретт…
***
Винки бежал. Бежал со всех ног на Чемоданную площадь. Внутри у него все подпрыгивало, эмоции закручивались водоворотом.
Получилось! У них все получилось! Он даже боялся поверить своему счастью: неужели скоро все закончится?
Они схватили ее! Похитительница, усыпленная и связанная, отправилась в переулок Трокар. Там доктор Доу ее допросит и выяснит, что произошло с Сиротками.
Подумать только, а еще час назад, когда он притворялся уличным музыкантом с гармошкой и, согласно плану, занимался тем, что выводил из себя констебля на Пыльной площади, ему было так страшно, что поначалу он уже решил, что ничего не получится и он все испортит. Не испортил.
«Все-таки я не безнадежен! – думал Винки на бегу. – Я им помог! Я всем помог!»
И это еще не все.