Все место занимали списки имен, напротив каждого имени в отдельной графе стояло наименование должности («клерк», «старший клерк», «клерк грузовых деклараций», «счетовод» и тому подобное), в еще одной графе значилось: «почил», «разжалован», «повышен». Указанные в начале книги даты были еще тридцатилетней давности. Вряд ли они имели какое-то отношение к тайне, и Джаспер сразу же нашел последние записи.
– Ну конечно!
Именно там, где записи обрывались, чернело пятно, оставленное чернилами. И тем не менее большая часть последней исписанной страницы сохранилась.
В заглавии было выведено: «Экипаж парохода “Гриндиллоу”». Ниже шел список имен, званий и должностей. Вот только все эти имена были вычеркнуты. Кроме одного, стоявшего в самом низу: «Джоран Данвир Финлоу. Матрос». В графе справа, возле каждого имени, стояла приписка с каким-то непонятным кодом: «С-№78-15(в)-н», «С-№84-26(у)-н», «С-№91-07(п)-н» и другими похожими отметками.
– Что это значит? – спросил Винки.
– Не знаю, но… Тот кораблик в бутылке.
Все эти люди на нем служили, а потом их (кроме этого Финлоу) вычеркнули. Это неспроста. Тайна становится еще более непонятной. У меня есть идея, где можно раскопать, что это за коды такие. – Джаспер положил тетрадь на стол, разместив ее на пустом месте внутри чернильного пятна и с важным видом сказал: – Что ж, мы изучили место преступления. Теперь предлагаю подытожить. Можно попытаться восстановить события того, что произошло в этом кабинете. Слушаешь?
Винки закивал. Джаспер набрал в легкие побольше воздуха и, сверившись с блокнотом, начал:
– Время близилось к полуночи, и хозяин этого…
– Постой, а откуда ты узнал про время? – перебил Винки.
– Часы встали, – пояснил Джаспер. – стрелки не дошли две минуты до двенадцати.
– Но это же мог быть и полдень."
"– Да, но мне больше нравится полночь. Так драматичнее. Дай мне уже рассказать историю! Итак. Время близилось к полуночи, и хозяин этого кабинета, Бертран Боттам, владелец корабельной компании «Чайноботтам», работал за своим столом – наверное, вычеркивал людей в этой книге.
В какой-то момент он решил разжечь камин, потому что ему стало холодно… Или нет – он решил сжечь важную улику, которая могла разоблачить какие-то его мрачные делишки, – ту самую бумажку с непонятным символом. Учитывая, что это дело было тайное, он не захотел звать слугу и сам попытался разжечь камин, но так как богатеи не привыкли ничего делать своими руками, то он сломал несколько спичек.
