Под лесенкой лавки восседал Лис, устроившись на своем любимом стуле, который для него из вагона приволокли Сиротки. Обычно он не занимался уличными делами лично, но сейчас и правда был особый случай.
– Но я не зевал, – сказал Винки.
– Ты знаешь, о чем я. Не отвлекайся – станция без тебя не пропадет.
Лис держал в руках засаленный полицейский плакат о вознаграждении и уже какое-то время задумчиво его разглядывал. Винки знал, кто на нем изображен.
– Твоя мама… – сказал он осторожно. – Ты что-то о ней слышал?
Лис поспешно сложил плакат и спрятал его во внутренний карман пальто.
– Она ненадолго вернулась в город накануне туманного шквала. Говорят, у нее было какое-то дельце в Саквояжне, они со Слепым Бэзилом даже устроили потасовку: то ли крали бриллиант, то ли изумрудное колье – в общем, какие-то стекляшки.
– Ты ее видел?
– Мельком. Успел переброситься с ней парой слов незадолго до ее побега. А затем она села на свой интроцикл и унеслась в туман.
– Ух ты, интроцикл! Я видел его пару раз всего!
– Да, штуковина редкая, но я, знаешь ли, ни за что не уселся бы внутрь скоростного колеса – у меня слишком красивое личико, чтобы портить его о фонарный столб…
– Эй, парни! – закричал вдруг Пуншик.
Лис вскочил со стула. Винки выглянул из-за бочки – сзади к одному из кебов Чемоданной площади действительно прицепился какой-то мальчишка. Расставленные на постах Сиротки повылезали из своих укрытий и принялись улюлюкать.
– В погоню! – велел вожак.
Вся орава бросилась за кебом, огибая экипажи, чем вызвала возмущенные возгласы и ругательства тех, кто сидел за рычагами. Некоторые из пассажиров с любопытством прильнули к окнам, другие, напротив, поспешили задернуть шторки.
Толстяк Пуншик, тяжело дыша, крикнул на бегу:
– Это кто-то из парней Длинного Финни!
Отстающий от него на два экипажа Жабич ответил:
– Да, только «Хрипуны» рискнули бы сунуться на нашу площадь!
Прочие Сиротки поддержали:
– Стащим его и проучим!
– И получим пару пенсов от мистера Граппи за службу!
Сиротки подоставали «шкеты».
Мальчишка, «пиявивший» на кебе, замахал рукой – видимо, он так нелепо пытался их отогнать. Откуда ему было знать, что если уж Сиротки устроили охоту, то без ужина они не останутся.