Высокие колонны были увиты цветущими лозами, потолок украшали великолепные узоры, сияющие золотом и серебром, на полу лежали алые ковровые дорожки с золотым тиснением, а столы ломились от разнообразных блюд. Роскоши прибавляли светящиеся сферы, кружащие в воздухе и придававшие всему ещё больше волшебства и сияния.
Гости, одетые в богатые пышные наряды, развернулись к нам, и я поёжилась, не готовая к такому количеству внимания.
А затем увидела Кондрайна, и всё окружающее стало неважным. Сегодня он пренебрёг обычным костюмом.
Рядом с отцом стоял Тэди. На нём был изящный, расшитый золотой нитью костюм из зелёного бархата. И сынок светился от счастья не меньше, чем Кондрайн.
Король подвёл меня к жениху и отступил. Генерал обхватил мои ладони, и в этот момент уже привычная тёплая волна его магии прокатилась по моему телу.
Старейшина, который вёл нашу церемонию, произнёс несколько торжественных слов, и пришло время для наших клятв.
– Ирма, стоило тебе свалиться прямо мне на голову, – с улыбкой начал Кондрайн, глядя мне в глаза, – чтобы я понял, что ты – моя истинная пара. Ты стала светом в моей жизни, наполнив её теплом и радостью. С тобой я готов пройти через любые испытания, преодолеть любые преграды. Я обещаю любить тебя, защищать и быть рядом всегда, в радости и в горе. Сегодня и навсегда я выбираю тебя и прошу позволить стать твоим спутником по жизни.
Он замолчал. Я должна была ответить, но вдруг потеряла дар речи.
– Ну же, Ирма! – прошептал Тэди, а выкатившийся из-за вазы с цветами Кусь отвлёк всеобщее внимание на себя.
Воспользовавшись моментом, я сделала глубокий вдох, прильнула ближе и тихо зашептала:
– Кондрайн, ты мой защитник и моя любовь. Твоя сила и мужество вдохновляют меня каждый день. Я обещаю быть рядом с тобой, поддерживать и помогать тебе во всём, что бы ни случилось. Вместе мы справимся со всеми трудностями и будем с радостью делить наши лучшие мгновения.
Мы обменялись кольцами. На этом торжественном моменте старейшина провозгласил нас мужем и женой, и зал наполнился аплодисментами и радостными возгласами. А дальше всё было как в тумане…
Застолье, но есть не хотелось… Почти всё время мы с Кондрайном танцевали в центре зала, и я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.