— Раиса! Я спросил кто здесь?
— Я… говорила с ва… с нашей новой горничной и вашей сиделкой. — сказала решительно и выдохнула.
— Опять сиделка? Я что похож на немощного инвалида? Я сказал, что мне не нужна сиделка. Можете рассчитать ее прямо сейчас не отходя от кассы и пусть едет на такси вместе с Инессой.
— Я… я взяла на испытательный срок. Попробовать, а вдруг.
Он спустился еще с трех ступенек и теперь я видела его руку на перилах. Такое сильное запястье с длинными аристократическими пальцами, к которым мне до боли захотелось прижаться губами.
"— Никаких испытательных сроков. Пусть уезжает. Я все сказал. Дай ей денег на дорогу и пусть убирается.
Развернулся и собрался подняться обратно наверх, и я не знаю откуда взялась наглость, но я громко сказала:
— Я все же рискну остаться на испытательный срок.
— Не перечьте. Это бесполезно. Если он сказал, чтоб вы уходили он уже своего решения, не поменяет. Давайте идите. — и тяжело вздохнула, — я дам вам денег на такси.
— Три дня. И я сама уеду.
— Какие три дня? Давайте, не злите его иначе тут всем перепадет. Идите. Простите… бывает и так.
— Нет… Пусть остается, — услышала я голос Барского,
Вначале у меня перехватило дыхание от мысли, что узнал… И в горле запершило, а глаза обожгло как концентратом соли.
— На три дня. — если не справится уберется без денег на такси. Пешком пойдет.
И тут же дикой и едкой болью разочарования — не узнал. Да и как узнать? Я изменилась. Голос мой изменился. После той простуды я сильно хрипела и лишь через несколько месяцев голос вернулся. Но даже Устинья сказала, что прежним он уже не станет.
ГЛАВА 10
когда ты любишь,
ты открываешь весь мир перед ним,
и закрываешь его для себя.
любовь и свобода не умеют сосуществовать вместе…
(с) просторы интернета
Никогда в своей жизни я так не нервничала. Мне было страшно его увидеть, страшно, что узнает меня и… я даже не представляла, что будет, если это произойдет. Я рисковала не только своей жизнью, но и жизнью Волченка. Но я уже не хотела верить, что он собирался нас убить.