Выбравшись из поезда, я заметил, что Кира уже выбрала броневик, на котором мы отправимся в путь. Правда, выбирать особо было не из чего. У обоих броневиков были раскуроченные пушки и двери в задний отсек. Видок ещё тот. Кира как раз закидывала наши рюкзаки, которые так и не пригодились в первом рейде, внутрь.
— Поторопись, — ко мне подошёл Денис, — наши люди сообщают, что конвой Собакиных уже на подъезде к вокзалу.
— Спасибо, — я поблагодарил аналитика, и чтобы не палить свой дар, выпил эликсир с «усилением», ухватился за клетку с Дымкой и понёс её к броневику.
— Поторопись! — я крикнул Кире, — Они уже здесь.
Поставив клетку на железный пол броневика, я затащил её внутрь. Попробовал закрыть дверь, но куда там, сам же разрубил замок в хлам. Хрен с ним! Я бросил это занятие и запрыгнул в водительское сидение.
— Готова? — я посмотрел на Киру и улыбнулся.
— Да, — ответила девушка, подарив мне свою белоснежную улыбку в ответ.
Я ударил по газам, и мы помчались к выезду.
— Чёрт! — я заметил, как несколько броневиков выкатились на дорогу к вокзалу, — Наше время вышло.
Сказав это, я протаранил шлагбаум на пропускном пункте. Хватит с меня уже проверок.
— Простите! — Кира с улыбкой до ушей крикнула дежурному и рассмеялась.
Давненько я не поступал так безрассудно. Всё-таки это был не абы кто, а армейский. Впрочем, плевать, Великие уже сделали свой выбор, я тоже. Странное ощущение свободы появилось в душе. Словно я расправил крылья и могу делать всё, что захочу. И сейчас я хочу выбраться из форта как можно быстрее.
— Ты уверен, что нас выпустят? — спросила у меня Кира, которая то и дело оборачивалась, чтобы узнать, как себя чувствовала Дымка.
Дверь зараза грохотала слишком сильно, но сорвать её с петель у меня силёнок не хватит. Для такого надо быть брать с собой топор.
— Шутишь? Будет чудом, если мы беспрепятственно покинем форт, — ответил я, посмотрев на ворота, — Ублюдки!
Ворота начали медленно закрываться.
Со скрипом колёс мы влетели на главную дорогу и увидели замечательную картину, четыре броневика полностью перекрыли нам дорогу к отступлению. Пришлось остановиться.
— Кира, садись за руль, — я серьёзно на ней посмотрел, — Будем прорываться.