– Мишель, – поправляет мама, и Амира повторяет ее имя. – Я буду в гостиной.
– Хорошо, – отвечаю я и закрываю за мамой дверь. Прохожу к кровати и включаю лампу на ночном столике. – Присядь, пожалуйста, – указываю на кровать, и мы с Амирой устраиваемся рядом. – Как отдохнули?
– Все хорошо, спасибо, – отвечает она.
– Ты снова надела платок, – киваю на то, что у нее покрыта голова.
– Шелу? Да, – улыбается она, поправляя тонкую ткань. – Не так просто отказаться от старых привычек.
– Или страшно встретиться со своей семейкой с непокрытой головой?
– Это, наверное, тоже.
– Или страх, – давлю я.
– Или страх, – легко соглашается Амира.
– Ты хотела со мной поговорить.
– Да, – отвечает она, а потом замолкает на несколько секунд, отведя взгляд. – Я хотела сказать, чтобы ты не боялась Омара. Он… – она смотрит на меня с ласковой улыбкой. – На самом деле, он не так страшен, как кажется. Просто Омар несет на себе много ответственности, поэтому такой серьезный. Но он очень заботливый.
– Стоп! – поднимаю ладонь вверх, чтобы остановить этот поток меда. – Не надо его расхваливать передо мной, ладно? Мы оба хотели того, что случилось. Но да, я не горю желанием выходить замуж за твоего брата. Просто потому, что не люблю его и никогда не полюблю.
– О, ты обязательно полюбишь, – с той же улыбкой отзывается Амира. – Его невозможно не любить. Он воплощение настоящего мужчины. И точно сможет обеспечить вас обеих.
– Кого это – обеих? – хмурюсь я. – А, ты о ребенке.
– Нет, я о старшей жене Омара.
– О ком? – выдыхаю внезапно севшим голосом.
– О старшей жене Омара, Яре, – поясняет Амира, а у меня в горле застревает воздух.
Глава 19
Омар"
"Ничто не способно вернуть мне хорошее расположение духа. С момента, как ведьма Ниса появилась в моей жизни, все полетело под откос. Проблемы с поставками, операция в пустыне, необходимость смириться с браком Амиры. А как был велик соблазн пришить Фоули прямо там в пустыне и сказать, что его сразила шальная пуля! Но надо отдать должное Малоуну, он снискал мое уважение своими поступками и твердостью характера.
Я стану отцом.
Для каждого восточного мужчины это целое событие. Если рождается сын, это значит, что мои гены достаточно сильны, чтобы продолжить род.