— Филлиус, ты помнишь, как мы впервые с тобой встретились? Я тогда никак не могла понять, откуда идет голос, а ты злился и чуть ли не закатывал глаза… — я постаралась внять совету Тетстена. Разговаривая сама с собой, я отвлекалась и пыталась нащупать магию Созидательницы. Рэй не мешал, ничем не напоминал о себе. Я все говорила, говорила и не поняла, в какой момент моя ладонь вспыхнула золотистым теплым сиянием, тысячи очень мелких частиц потекли к телу Филлиуса. Как завороженная я рассматривала передачу энергии, боялась вздохнуть, чтобы не нарушить процесс.
— Лариана! — резкий громкий крик разрушил тишину и волшебство. Все разрушил…
Глава 15
Лариана
— Лисичка, давай, открывай глаза, — горячие губы обжигают лицо, касаются уголков губ, впиваются жадно в мой рот. Рэй словно хочет испить меня до дна, жадно целует, заставляет раскрыть рот, толкается языком."
"Слабость все еще присутствует, но я себе честно признаюсь, что глаза не открываю, потому что приятно, потому что растворяюсь в поцелуе, не хочу, чтобы он прекращался.
— Милорд, вы уверены, что девушке это поможет? — знакомый недовольный голос врезается в сознание, понадобилась пара секунд, чтобы понять: Рэй меня целует при ожившем домовике. — Может, не стоит…
— Филлиус, заткнись! — раздраженно. — Лариана передала тебе слишком много энергии, я пытаюсь ее восстановить.
— Я не хотел бы, чтобы меня таким методом спасали, — продолжал бурчать домовик, а я зажмурила глаза от стыда. Я тоже не хотела, чтобы меня при посторонних целовали, прикрываясь благородными мотивами.
— У тебя мозг от долгого бездействия повредился? Я и не собирался тебя целовать, Филлиус, — с раздражением, сильнее сжимая меня в крепких объятиях.
— Успокоили, милорд.
— Филлиус, я тебя сейчас обратно в спячку отправлю, — губы Рэя почти не отлипали от моего виска, я чувствовала, как он делится со мной энергией.
— Мне уже лучше, — едва шевеля губами.
— Ну вот, девица пришла в себя, можно прекращать творить бесчестие, — командным тоном. Я открыла глаза, нашла взглядом Филлиуса. Он был бледен, по крайней мере мне так казалось, потому что он все еще был бестелесным.