Было как-то непривычно после долгих месяцев и даже лет опасений, сомнений и утаивания позволять себе и ему говорить чуть больше, писать то, что действительно хочешь, а не намеки ронять… Пусть и сейчас еще не открывали все, что на душе лежало.
Ее хорошее настроение заметили и помощники,и Николай,который звонил в середине дня, чтобы поинтересоваться самочувствием Марии.
– Что веселая такая? - кажется, брат и сам улыбнулcя, услышав ее задорное приветствие в трубке."
"– Чувствую себя хорошо, на работу вышла, в ритме снова – вот и настроение поднялось.
Но не решилась что-то открывать Коле. Несмотpя на то, что после последнего утреннего разговора общение между ними явно наладилось, не рисковала довериться настолько.
– Ясно, - понимающе рассмеялся Николай. - Тебе Петька звонил по приему? Уговаривал прийти?
– Да, но я ещё не решила, пойду или нет, посмотрю, как себя чувствовать буду, – тоже не конкретизировала.
– Ну, мне косить повода нет, - даже как-то немного раздосадованно пожаловался Николай.
– Хорошо, постараюсь, - вновь рассмеялась Маша.
На том и распрощались.
А к середине дня,когда у нее уже, по правде сказать, начала накапливаться усталость, все же сказывалась простуда, позвонил Олег.
– Доброго дня, Мария Ивановна. Как ваше здоровье? - даже замерла, услышав тот, прежний, голос и тон.
Отвыкла за эти несколько дней. Ρастерялась на какое-то мгновение. И только через пару секунд сообразила, что он не один, вероятнее всего.
– Доброго, Олег Игоревич, – настороженность все же сквозила и в ее тоне.
И Олег, словно почувствовав это, улыбнулся, что тоже в голосе отразилось.
– Я по документам, о которых мы с вами говорили. Насчет Овчаренко и его собственности. Готовы?
– Да,конечно, - взгляд метнулся к папке, лежащей на краю стола.
– Спасибо, Мария Ивановна. Как и обычно, бесконечно вам благодарен, – все с той же улыбкой заметил Олег, не меняя тон. – Я вам напишу адрес в сообщении и время. Пусть один из ваших помощников подвезет эти документы. Они нам сегодня понадобятся. Хорошо? Или мне Дмитрия прислать?
– Да, разумеется, - она тоже ничего не спрашивала, понимая, что для всего есть причина и повод.