Голос мой звучал под стать ее, исключительно деловито, и это слегка сбило ее с толку, она, как видно, всерьез решила, что я практически ручной мальчик и от ее титек лишился последних мозгов. С бабами всегда так: если мужик глупеет от их прелестей, они считают его недотепой, а если нет — бесчувственным болваном. — Чего я не могу понять, — добавил я в голос суровости, — какого хрена понадобилось подсылать ко мне этого придурка?
Надо отдать ей должное, она не стала валять дурака, разыгрывая непонимание, вздохнула и ответила очень серьезно:
— Должна я была знать, на что ты способен.
— Узнала?
— Ага. Ты тот, кто мне нужен.
— Невелика заслуга навалять недоноску вроде него.
— Зря ты так, — перегнувшись ко мне, шепнула она, косясь в сторону дома. — Он опасен.
— Для тебя или для меня?
— Для нас обоих.
— Интересно. Буду очень признателен, если ты поведаешь, как собираешься использовать мои скромные таланты.
— Всему свое время. Пока могу сказать только одно: мне необходим надежный человек рядом.
— Надежный — это как раз про меня, — сказал я без намека на иронию.
— Куда ты? — растерянно спросила Марина.
— Адью, милая, — помахал я ей рукой.
— Что, вот так просто уйдешь?
— Я всегда так ухожу, с беззаботной улыбкой, небрежно кивнув головой.
— Прекрати. — Она догнала меня и схватила за локоть. — Останься, — шепнула она со всей страстью души.
— Я бы с радостью, но мне не нравятся красотки, которые занимаются со мной любовью, а потом подсылают придурков с кастетом.
— Ему досталось больше, чем тебе, — улыбнулась она и прижалась покрепче. Бюст под легким платьицем ходил ходуном.
— Может, мне следует его найти и поинтересоваться, не очень ли он ушиб свой кулак о мой подбородок?
— Непохоже, что до твоего подбородка он смог дотянуться.
Она приподнялась на носки и меня поцеловала. Бюст продолжал взволнованно колыхаться, и я был бы последней свиньей, если б не ответил на ее поцелуй.
Спальня была выдержана в бело-золотистых тонах и очень подходила моей красавице.