Интересно, давно он так сидит?
В магазине Ньютонов затишье: всего два покупателя, судя по разговору – заядлые походники. Майк целый час обсуждал с ними плюсы и минусы легковесной экипировки. Но вместо того чтобы перейти к ценам, мужчины принялись потчевать друг друга охотничьими байками, да так увлеченно, что мой приятель ретировался.
– Если хочешь, останусь, – ответила я. В спасительное оцепенение вернуться по-прежнему не удавалось, а сегодня все звуки казались неестественно близкими и громкими, будто из ушей вытащили ватные тампоны.
– Говорю тебе, – начал плотный мужчина с рыжей бородой, которая плохо сочеталась с темно-каштановыми волосами, – в Йеллоустоне я видел гризли совсем близко, но этому монстру они не чета! – Каштановые пряди перепутались, одежду будто несколько дней в рюкзаке продержали. Ясно, парень только что с гор.
– Ну уж нет, черные медведи такими крупными не бывают! Наверное, ты видел не взрослых гризли, а медвежат… – Второй турист высокий, поджарый, с загорелым, сильно обветренным лицом.
– Белла, серьезно, как только эти двое уйдут, я закрою лавочку, – пробормотал Майк.
– Ну…
– Он, даже не вставая на задние лапы, выше тебя! – настаивал бородач, когда я собирала вещи. – Огромный, как дом, черный, как смоль.
Надо сообщить местному егерю, пусть предупредит людей: медведь-то был не в горах, а рядом с перева лочным пунктом.
Мужчина с обветренным лицом рассмеялся и закатил глаза:
– Попробую угадать: в тот день ты умирал от истощения, так? Не ел целую неделю и спал на земле?
– Эй, как тебя… Майк? – окликнул моего друга бородатый.
– Давай, до понедельника, – быстро пробормотала я.
– Да, сэр! – обернулся к посетителю Ньютон.
– Слушай, в последнее время медведей в ваших краях не видели? Тревожных сигналов не поступало?
– Нет, сэр, но очень важно соблюдать разумную дистанцию и как следует прятать еду. Видели новую линию газовых баллончиков? Одна из серий как раз антимедвежья. При сравнительно небольшом весе…
Раздвижные двери выпустили меня под проливной дождь.
Чарли на работе, в пустой дом возвращаться не хотелось. Прошлая ночь была ужасной, и собственная комната теперь внушала стойкое отвращение.
Даже когда притихшая боль позволила заснуть, мучения не закончились. Как сказала после фильма Джессика, кошмары теперь гарантированы.