Та с интересом вновь рассматривала парня, и интерес был не гастрономический, а какой-то… другой.
— Я слушаю, леди Элизабет Рал. Что вы хотели?
— Сколько ты хочешь за то, чтоб твоя служанка, которую я тебе отдала, вернулась ко мне?
— Простите, этот вопрос не обсуждается."
"— Жалкий пёс, — не сдержалась одна из девушек по левую руку. — Тебе предложена великая честь… соглашайся, иначе…
— Спокойно, дочь моя…
— Она ваша дочь?
— Они все мои дети, включая и Киру. И не важно, кто их обратил, или кем они были ранее.
— Я его и проявляю, раз сижу тут и продолжаю этот бессмысленный диалог. Элизабет Рал, в конце концов я спрошу, что вы можете предложить такого уникального?
— Хм… значит, ты не так безнадёжен… Хорошо, как насчёт некоторых артефактов. Моих личных артефактов. И сверху двадцать пять тысяч золотых монет.
Аскель поперхнулся воздухом.
— Это много… Зачем вы так яростно хотите вернуть Киру?
— Дела нашей госпожи тебя не касаются, червь, — вновь вмешалась в разговор клыкастая и даже оскалилась, на что Аскель укоризненно покачал головой, не став проявлять агрессии.
Нет, он, конечно, мог бы устроить наигранный скандал, но это было никому ненужное шоу, а у него и так подпорченное настроение.
— Нет. Со всем почтением, но Киру я вам не продам. Ни за двадцать пять тысяч, включая ваши артефакты, ни за сотню.
— Интересно, интересно… И почему же? — казалось, Элизабет даже не была расстроена отказом, просто склонила голову вбок и слегка сощурила алые глаза.
— Потому что она моя подруга, и как вы сами сказали, слуга, а своих слуг продавать или отдавать я не привык.
— Говорите, как настоящий аристократ, и я не про низшие титулы говорю, Аскель, — за спиной послышался смешок. — Продолжайте в том же духе, и вокруг вас станут скапливаться как друзья, так и враги. Но учтите, порой друзья тоже могут предать.
— Я в курсе.