— Оно и понятно, лучше ответь, насколько тебе дорога твоя сестра?
— А вот это спорный вопрос… скажем… она издевалась над вот этим телом вместе с Варварой, но как итог… Вот честно… не знаю, как ответить, с одной стороны, хочется простить эту стерву, но с другой… обида и та боль довольно сильно засели в сердце.
— Ладно спрошу по-другому… она каким-то образом может войти в твой Род?
— Шутишь?
— Не шучу, — эльфийка сузила свои зелёные глаза, те стали остры словно хищные кинжалы дроу.
— Однозначно и бесповоротно НЕТ. Я не собираюсь её впускать в свой собственный Род, и вообще, отец сказал, что она — наследница, а я был на самом последнем месте до собственного ухода.
Марина кивнула, на что Нессия с облегчением выдохнула, следующий вопрос последовал от Киры.
— Ходят различные слухи… Аскель, скажи, ты как-то замешан в делах Элизабет Рал?
— Я без понятия, о каких делах идёт речь, и я с ней не виделся уже очень давно.
— То есть ты не собирал для неё информацию?
— Нет.
— Он говорит правду, — спокойно ответила Алая, сконцентрировавшись на своих ощущениях. — Теперь я всё же задам свой вопрос. Планируешь ли ты добавлять в Род кого-то ещё? У тебя есть претендентки из Академии или вообще в этом мире?
— Нет. Не планирую ни в ближайшее время, ни в будущем. Девочки, мне вас хватает с головой. Как бы за всеми вами уследить, куда мне ещё девушки? Я ведь не железный, в конце концов.
Ответ понравился всем, даже поток белой маны от всех троих стал чуток больше.
Допрос продолжался в течение часа, девушки пытались докопаться до сути, искривлять вопросы, но сам смысл и то, к чему они вели, был вполне ясен.
Они боялись предательства с его стороны, ну а дальше пошли более глобальные вопросы, выходящие из-за круга его Рода, такие как… не планирует ли он вливаться в какой-то из Родов и как он относится к тёмным и светлым эльфам, и прочие мелочи, на которые Аскель отвечал с лёгкой ленцой и не кривя душой, в конечном итоге нужно просто поговорить и всё обсудить, чем давать семенам сомнения прорости.
Вопросы порядком удивили, но ответил так же спокойно и так же честно, не соврав ни единого раза.
После окончания своеобразного обоюдного допроса все выпили чай и успокоились окончательно.