О любви, дружбе и плюшевых мишках (СИ)

 — Не подходи к моей заднице, женщина, если не хочешь всю оставшуюся жизнь сама мыть посуду!

— Можно подумать, сейчас ты много её моешь! — насмешливо парировала Вив. — Только я весь день на кухне торчу. И что, скажи на милость, такого важного в этом шраме? Он дорог тебе как память?

— Это мой пропуск в мир большого секса, — хмыкнул Максимус и мечтательно закатил глаза. — Ты просто не представляешь, КАК меня сегодня отымели!

— Тебя?! — Вивиан сделала круглые глаза. — Боги, кто умудрился тебя отыметь, да ещё так, что ты говоришь об этом с таким восторгом?

— А вот этого, дорогая, я тебе не скажу, — ехидно протянул Максимус.

 — Должны же быть у меня свои маленькие грязные секреты?

— От меня? — Вивиан насмешливо прищурилась. — Ну-ну.

— Женщина, не беси меня, — притворно рыкнул Максимус. Он принес из своей спальни трусы и осторожно натянул их на себя, стараясь не задеть шрам. — Считай это местью за Джереми. Нет, ну это ж надо, взяла моду уводить у меня парней!

— Кстати насчёт Джереми, — проигнорировав его эскападу, сказала Вивиан, — он придёт завтра на ужин.

У тебя есть какие-то планы или будешь ошиваться здесь и строить ему глазки?

— Нет, сдался мне твой Джереми, — Максимус поморщился и тут же предвкушающее улыбнулся. — У меня теперь есть дичь покрупнее… О да, гораздо крупнее!

* * *

Нимой нарывался. Ларри чувствовал это всем своим существом, каждой клеточкой. Вот только как именно Нимой нарывался, он сказать не мог, несмотря на то, что как коршун следил за ним весь день.

Вроде бы всё как обычно — работал, тренировался, неторопливо поглощал обед в офицератской столовой и даже ни разу не посмотрел на Ларри, но, блядь, нарывался и точка. По крайней мере, так думать было куда приятнее, чем допустить, что это он, Ларри, просто очень сильно, до ломоты в яйцах, хочет снова его трахнуть.

И всё же Ларри не мог ошибаться. Пусть Нимой и не выдал ни словом, ни делом, ни даже взглядом своего желания, от него шли такие мощные флюиды, что не почувствовать их было невозможно.

А сейчас, в замкнутом пространстве не самого большого кабинета, ими и вовсе пропитался не только воздух, но, казалось, даже одежда и мебельная обивка.

Брэдфорд Раж, командир группы Бета, в которую входил Нимой, зачитывал длинный и нудный отчёт, и Ларри внимательно его слушал, что, впрочем, не мешало ему украдкой наблюдать за Максимусом.