О любви, которой не было

Пусть не сегодня и не завтра, но обязательно придёт…

Нехотя поднялась на постели, поправляя задранную майку. Отыскала шорты в ногах, быстро натянула на себя, ощущая, как из меня вытекает горячая липкая влага… Надо сказать ему наконец, что я не пью таблетки… А после месячных, наверное, лучше начать принимать их опять. По крайней мере, на то время, пока я живу здесь…

Повернулась на бок, вдохнула полной грудью впитавшийся в простыню мужской запах… Закуталась в одеяло, удовлетворённо улыбаясь собственным ощущениям… Уснула быстро и действительно крепко, чувствуя себя как тот сытый Мурзик, блаженно развалившийся на диване после порции шашлыка… Как я вообще могла сомневаться в том, что рано или поздно всё это случится?!

*41*

Он действительно приходил.

Иногда вечером, едва я возвращалась в свою комнату и не успевала даже натянуть пижаму после душа. В такие моменты я только прятала улыбку, наслаждаясь близостью его тела, но даже не пыталась расслабиться или получить удовольствие от самого секса — слишком быстро, грубо, чёрство что ли… Пару раз он просто садился на кровать, за руку подтягивал меня к себе и ставил на колени, ограничивая наш контакт только минетом.

Не возражала — это лучше, чем совсем ничего… После сразу уходил, молча. От меня поднимался наверх и больше не выходил из спальни до самого утра. Наверное, я начала понимать, почему ему иногда нужно именно так, хотя раньше до слёз обижалась в подобных случаях на отсутствие взаимности с его стороны…

Изредка он будил меня рано утром, верный своей привычке вставать ни свет ни заря.

Отдохнувший и выспавшийся, он даже ехидно улыбался, появляясь в моей комнате и глядя на моё сонное растерянное выражение лица. В такие минуты, как бы сильно мне не хотелось спать, я испытывала какое-то внутреннее ликование… Знала, что сейчас близость будет долгой и неторопливой, что если повезёт и я достаточно трогательно сумею изобразить радость встречи, то мне, возможно, достанется настоящий поцелуй в губы… Это единственное, чего Кирилл избегал с особым упорством, но сдавался всё чаще, когда я ластилась и тёрлась щекой о его грудь… Всегда тянулась к его губам первая, но он, стараясь не заострять на этом внимание, менял позу или просто шутливо щёлкал меня по носу… Уходил лёгкой походкой, уже в дверях подмигивая на прощание… Плакала потом почему-то, испытывая какую-то ненормальную жалость, рвущую душу на части…

Как-то утром попросила его купить болгарских перцев после работы, памятуя о своём желании нафаршировать их рисом.