И столько лет ею прожила…
Перед глазами смутно стоял образ мужа, вглядывающегося в это же чёртово окно много лет назад… О чём он думал тогда? Для меня было очевидно, что о той женщине, что исчезла из его жизни…
А если нет?! Если он думал о том, смогу ли я его простить? Если просто размышлял и планировал то, как мы будем жить дальше после всего, что тогда произошло? И будем ли вообще? Думал обо мне… О нас, а не о ней…
Господи… Я даже не вспомнила про Виталика за эти дни, а он…
Зажала рот ладонью, сотрясаясь то ли от смеха, то ли от рыданий…
Машинально навела порядок на столе, насыпала корма в кошачью миску, постояла под душем…
В груди теснились и давили друг друга противоречивые чувства и ощущения, словно пробовали слиться во что-то единое… Они усердно нанизывались на общую ось, как кольца пирамидки, но потом снова рассыпались, путаясь в диаметре кружков… Пытались сложиться пазлом, но застревали в многообразии деталей… Выстраивались башенкой из кубиков, но рушились со слишком большой высоты… Но где-то там, в самом низу подсознания, они, кажется, превращались в обожжённые твёрдые кирпичики и незаметно росли в высокую прочную стену…
Долго ворочалась под одеялом в безуспешных попытках уснуть…
Где он?! С кем?! Обиделся…
Наконец напряжённый слух уловил вдалеке быстро приближающийся шум мотора…
С огромным облегчением слушала, как рывками въезжает в гараж Нива, как хлопает дверца, как Кирилл материт что-то, попавшееся на пути… Не успокоился, значит.
Дождалась, пока он побудет на кухне, сходит в душ, поднимется в спальню… Он не тихарился, вполне себе остервенело стучал дверьми, гремел кастрюлей, топал по ступенькам…
Надеялась, что придёт ко мне… Зря.
Выждала десять минут после того, как в доме наступила абсолютная тишина. Выскользнула из постели… Босиком миновала гостиную, тихо поднялась по лестнице, остановилась перед дверью спальни… Пульс бил по вискам, дыхание восстановить не удавалось, грызла губы в бессмысленной попытке успокоиться…
Боялась.