А сейчас превратилась в горную лань: тоненькая, стройная, подтянутая — ну тут спасибо мне, что по спортивным залам таскаю. Волосы шикарные отрастила. Задница — орех. Грудь вишенкой третьего размера…
— Ну, перестань! — фыркнула я.
— Вангую, если бы Басов тебя сейчас увидел, то челюсть с асфальта отскабливал бы минимум часа три.
— Слишком много чести, Марта. Три с половиной года прошло, хватит о нём вспоминать.
— Ладно…
Дальше мы собираемся молча. Марта танцует под звучащую на всю катушку попсовую музыку, периодически подбегая к зеркалу то в одном наряде, то в другом.
"— Какие планы на сегодня? — наносит на пухлые губы алый тинт Марта и улыбается своему отражению в зеркале.
— Первую пару я прогуливаю. Ребята с мясокомбината привезут заморозку для собачьего приюта.
— Ну, звезда!
— Да уж куда там, — смеюсь я, но поправляю лёгкий нюдовый макияж на лице.
— Тебя довезти?
— Нет, Валентина Ивановна обещала вызвать мне такси. Так что, не беспокойся. Давай лучше на большой перемене сходим в наше кафе, м-м? У меня сегодня организм требует дозы углеводов.
— Давай, — кивает Марта, и мы наконец-то прощаемся, расходясь каждая по своим делам.
В приюте всё складывается отлично и материал отснимают с первого дубля. А ещё мужчины из съёмочной команды забирают сразу двух псов, один из которых натурально расплакался, когда его вывели из клетки и дали понять, что теперь у него вновь есть человек.
Конкретно эту собаку выгнали из дома. Как и меня когда-то. Просто дали пинка под зад, а затем, наверное, как и моя мать, пошли мило улыбаться другим людям, пить чай, спокойно спать или посещать церковь, моля всевышнего даровать им счастья, здоровья и творческих успехов.
Вот так встречаешь человека, смотришь ему в глаза, думаешь, какой он милый и хороший в общении: в бога верит, в храм ходит регулярно. Молодец! А на самом деле он всего лишь жалкий кусок дерьма.
Из приюта уезжаю в странном настроении. Мне и тепло на сердце оттого, что сразу два чистых и преданных человеку существа вновь обрели дом.