Облом для властного или Я твой Зайчик [СИ]

В такие минуты он долго вертел в руках телефон, порываясь позвонить вредной Зайке, но понимал, что скорее всего она в это время спит и звонок его будет неуместным.

Неделя у Луганского выдалась трудная.

Губернаторский приезд выпил все соки, и мужчина растратил последние нервы на бесконечное: А почему не отчитались? А почему показатели упали? Почему не в срок выполнили? А куда деньги дели?

И тому подобное.

Одни вопросы, бессмысленные задания и жуткое недоверие.

Словно кто на ухо шептал.

И было у Царя гадкое чувство, что интуиция его не подводит.

Олежек.

Больше не кому.

И ведь, знает предатель, что ему за это будет и все разно выслуживается, подлизывается. Надеется, что снимут Луганского и его поставят.

Только не бывать этому. Губернатор, конечно, мужик зажравшийся, но больно ленивый. Заставить главу досрочно сложить полномочия — это дикий напряг и для него самого и для его шестерок.

К тому же Царь не борзел, честно делился заработанным.

Так что Олежек снова в пролете.

Вот достроит школу творчества и почешет на биржу труда со справочкой.

В пятницу вечером Вася, отпустив Стасика домой, принарядился и купив орхидею в плошке поехал к Алене. Он пока не знал, как себя вести и что говорить, но мысленно пообещал себе что-нибудь придумать, лишь бы Зайка сменила гнев на милость, ибо сил терпеть больше не было.

И там Луганского ждал неприятный сюрприз.

Ни Зайки, ни детей дома не оказалось.

Расстроенный Вася вышел из подъезда. Конечно можно было позвонить Алене. Но честно он боялся нарваться на грубый отказ. По телефону это одно, а в живую это совсем другое.

У подъезда на лавочке сидели две бабки и живенько перемывали кости какому-то соседу. Заприметив Луганского при полном параде, мигом притихли и с любопытством вытянули шеи.

— Молодой человек, — любезно обратилась одна. — Вы случаем не к Алене Зайцевой приходили?

— К ней самой, — рассеянно отозвался Луганский, но быстро смекнул, что перед ним ценный источник информации.

— Так уехала она с детишками. Теперь, наверное, не скоро вернется, — сообщила вторая бабулька, с вожделением поглядывая на цветок в руках мужчины. — Может, что передать?

— Нет. Передавать не нужно, но может вы знаете, куда Аленка могла уехать?

— Отчего же не знать, — хитро стрельнула глазками любительница орхидей. — На дачу. Она там летом часто живет.