— Я покаж-ж-ж-жу тебе, что это з-з-з-з-начит…
Бывший Элиот припал к полу, как какое-то животное, и метнулся ко мне. Остальные твари сгрудились теснее, воодушевленные его храбростью.
— Осторожно, Зо, они сейчас на нас кинутся! — крикнул Хит и снова попытался загородить меня собой.
— Не посмеют, — совершенно спокойно ответила я. Потом на секунду зажмурилась и подумала о власти и тепле огня, который может очищать и уничтожать… Я вспомнила о Шони. — Приди ко мне, Огонь! — В тот же миг мои ладони стали горячими. Я открыла глаза, высоко вскинула руки, и мои ладони засветились ослепительным желтым пламенем.
— Стой на месте, Элиот! При жизни ты был занозой в заднице, да и как я погляжу, смерть тебя не слишком изменила!
Элиот отпрянул и скорчился, закрыв лицо руками от света. Я шагнула вперед и уже хотела приказать Хиту идти за мной, чтобы поскорее выбраться отсюда, но тут другой голос заставил меня замереть на месте:
— Ты ошибаешься, Зои. Смерть многое меняет. Толпа призраков расступилась. Передо мной стояла Стиви Рей.
ГЛАВА 29
Огонь в моих ладонях потускнел и погас, потому что я была слишком потрясена, чтобы продолжать концентрироваться.
— Стиви Рей!
Я машинально шагнула к ней, но тут до меня, наконец, дошло, во что она превратилась, и я замерла на полушаге.
Моя бывшая соседка выглядела жутко — даже хуже, чем в моем сне. Но не изможденная бледность, не худоба и не отвратительный запах изменили ее до неузнаваемости. Самая страшная перемена произошла с ее лицом.
При жизни Стиви Рей была самым добрым существом на свете.
— Стиви Рей, что с тобой случилось?
— Я умерла, — ее голос был уродливой тенью прежнего голоса Стиви Рей. В нем сохранился оклахомский акцент, но полностью исчезла милая мягкость, так оживлявшая ее неправильное произношение. Сейчас она говорила грубо и резко, как последняя подзаборная рвань.
— Ты призрак?
— Призрак? — ее смех был похож на рычание. — Нет, я не хренов призрак.
Я сглотнула и с надеждой посмотрела на нее.
— Значит, ты живая?
Она искривила губы в издевательской усмешке, которая настолько исказила знакомые черты ее симпатичного лица, что меня затошнило.
— Живая, говоришь? Нет, подруга, все намного сложнее. Я теперь тоже сложная штучка. Не такая простушка, как раньше.
Ладно, по крайней мере, она не шипела, как Элиот.
«Стиви Рей жива».