Внезапно мое спящее тело задрожало, отозвавшись на знакомый голос, плывущий ко мне в шелесте ветерка. Первый звук был настолько тих, что я ничего не расслышала, но когда Лорен допил последнюю каплю крови Криса, слова вдруг стали не только слышимы, но и видимы. Они кружились вокруг меня в воздухе, и я узнала этот серебристый свет и серебряный голос.
«…Помни — тьма не всегда означает зло, а свет не всегда несет добро».
Я открыла глаза и села на кровати, тяжело дыша. Сердце мое бешено колотилось, меня подташнивало, в висках стучали молоточки.
"Тихонько, чтобы не разбудить Стиви Рей, я выбралась из постели, прошлепала в ванную и плеснула в лицо холодной водой, чтобы прогнать сонливость. Если бы так же просто можно было прогнать поселившееся у меня в душе тоскливое предчувствие беды!
Нечего было и думать о том, чтобы попробовать уснуть еще раз. При одном взгляде на кровать у меня мороз пробегал по коже.
Когда я в последний раз выходила на улицу при свете дня? Я задумалась над этим и с удивлением поняла, что впервые за целый месяц смотрю на рассвет. Это была неприятная мысль. Я поежилась и вдруг поняла, что больше не могу ни минуты оставаться взаперти.
Отвернувшись от окна, я снова бросилась в ванную и схватила стеклянный флакон с консилером, специально разработанным для того, чтобы скрывать татуировки недолеток.
Когда я впервые очутилась в Доме Ночи, меня не на шутку испугала мысль о том, что я никогда не встречала вампиров-недолеток. Разумеется, я тут же решила, что их держат тут взаперти и никогда не выпускают за школьную стену.
Недолетки в Доме Ночи пользовались достаточной свободой, им охотно разрешали выходить в город, но при условии соблюдения двух основных правил. Правило номер один — мы должны были скрывать свою Метку и не надевать никакой одежды с эмблемой Дома Ночи.
Второе (и самое главное) правило требовало, чтобы недолетка всегда находился поблизости от взрослых вампиров.