А вот дальше, пока никто не опомнился, в тот же день отправил своё воинство на отлов тех, кто ещё остался. В основном мелких сошек, типа наркокурьеров и барыг.
Новость о ранее пролитой крови распространилась быстро, в том числе то, что костяк главных отморозков среди стражей был уничтожен. Живые сделали правильные выводы. Взлохмаченные стражи, чувствуя, как у них горит под жопой, волной прокатились по району и, что удивительно, показали умение работать. В течение суток камеры забили под завязку.
Ирония в том, что боевые операции как спички.
Ночевал я прямо в корпусе стражей. Перед тем как заявиться сюда, ещё раз допросили всех пленных бандитов, после чего пустили их в расход. Оставлять в живых я их не собирался. Раз уж развязал войну, то отрубай головы гидре под корень. Бойцы это восприняли спокойно. Может, и мелькали у кого сомнения, но быстро исчезали, стоило вспомнить, кто эти люди и что они вытворяли. Много дерьма мы узнали в эти дни.
Но мгновение слабости прошло. У меня грандиозные планы, и это первый обязательный шаг для их воплощения.
Волна исцеляющего хаоса набирала обороты. За неделю переловили чуть ли не всех преступников и уничтожили сеть распространения наркотиков. Следующий шаг – взялись за коррупцию. Подкупленные судьи, чиновники... У меня был список прегрешений каждого, кто шалил на моей территории. Каждый день аресты, каждый день газета печатала, кого и за что поймали.
Но эти дела только планировали развернуться. Сейчас же я пытался успеть везде.
***
– Они едут, – раздалось в наушнике. – Направляются в сторону первой базы.
Дело было на следующий день после захвата корпуса стражей. Вечером я направился обратно в трущобы, ожидая гостей. Хозяева бизнеса, который мы так удачно разгромили, обязаны заявиться, чтобы проверить, что тут происходит. Это как минимум.