Как только Влад выключил воду, я поднялся и сел на диван, с ожиданием всматриваясь в дверной проем. Влад стремительно прошел мимо и опустился на другой край дивана, лицо и волосы его были мокрые, футболка тоже вся в потеках, но взгляд решительный и твердый.
- Дим, прости за то, что случилось…
- Подожди!
- Не перебивай, пожалуйста, мне тяжело говорить, – я захлопнул рот.
- Прости, - в третий раз извинился он, - я знаю, что то, что недавно произошло недопустимо и неправильно, - почему он извиняется передо мной за мои действия?! – этого больше никогда не повториться, - с ума сошел?! Я хочу этого и дальнейшего больше всего на свете! – прошу, - он тяжело вздохнул, - давай забудем о том, что случилось, если для тебя это возможно, - Нет! Но не по той причине, про которую ты сейчас говоришь, – я просто не могу, - я поймал умоляющий взгляд грустных зеленых глаз, - не могу потерять тебя, как друга.
- Владь, подожди…- я попытался объяснить ему, но он опять не дал мне и рта раскрыть.
- Нет, Дим скажи, пожалуйста. Либо мы забываем про этот инцидент и все хорошо, - он грустно улыбнулся, - либо, ну…я найду другую работу…
- Стоп! Ты сейчас о чем говоришь? Какую работу?! – я завелся.
Этот бред с его стороны меня взбесил, я понял из всего монолога только две вещи, что я ему дорог, как друг, и что, чтобы сохранить эти отношения надо сделать вид, что ничего не было.
- У тебя уже есть одна, если тебе так важно, - я понял, что в сердце кроме злости поселилась обида, захотелось, чтобы он ушел сейчас, - то, безусловно, ничего не было, забыли, проехали, нам вообще показалось.
В комнате повисла тишина, кино закончилось, телевизор молчал, Влад тоже молча смотрел на меня, злыми и обиженными глазами, ну прям точь в точь мои эмоции. Я понял, что сам кричал на него, поэтому вдруг стало так тихо, я заткнулся. Кроме того, я уже не сидел на диване, а стоял возле окна и мял легкий тюль в руках.
- Уходи, – тихо сказал я, смотря в окно.
На улице уже стемнело, горели фонари, громкая молодежь шумела на предотъездных лавках. В квартире раздавался лишь тихий шорох и шелест, его причиной мог быть и Боня, когда игрался, но кот сидел на журнальном столике и увлеченно нюхал конфеты.