Вы смогли установить конкретных людей, с которым встречался организатор этого террористического акта?
— Пока нет, — спокойно ответил Дронго, — но я собираюсь лететь к нему в колонию.
— Каким образом вы это устроите? — поинтересовался Штаркман. Он налил себе водку в рюмку и поднял ее: — Ваше здоровье!"
"— Ваше здоровье! — ответил Дронго, поднимая свой стаканчик текилы. Он выпил его наполовину, закусил лимоном с солью и продолжил: — Я собираюсь отправиться туда как представитель семьи Шовдыговых. Получил разрешение у его сестры, все официально оформил, — солгал он.
Он внимательно следил за выражением лица Штаркмана. Тот спокойно воспринял это сообщение, и Дронго подумал, что игры всех спецслужб мира бывают достаточно показательными. И, конечно, его собеседник с согласия Блехермана играл в собственную игру. Ведь он должен понимать, что юристом семьи не может быть иностранец, ни при каких обстоятельствах, но не задавал ненужных вопросов.
— Значит, вы полетите к нему? — задумчиво проговорил Штаркман.
— Придется лететь. Иначе мне с ним не встретиться.
— Я вас понимаю. Полетите один или с Вейдеманисом?
— Боюсь, что один. Нас двоих просто не пустят в колонию. И это вызовет ненужные подозрения.
Штаркман тоже налил себе еще водки. Тем временем официант принес заказанные горячие блюда — рыбу для Штаркмана и курицу для его гостя.
— Вы считаете, что вам удастся выйти на возможных заказчиков? — уточнил Штаркман. — Или все это бесполезно?
— Если бы было бесполезно, я бы не стал даже пробовать, — ответил Дронго. — Судя по разговору с женой Захохова, там были убедительные доказательства его причастности к этому взрыву — отпечатки пальцев на деталях собираемого «пояса смертника».
— Ничего странного, — мрачно возразил Штаркман, — обычный мусульманский фанатик. Извините, что я так говорю, не хотел вас обидеть.
— Именно поэтому я и задаю ненужные вопросы.