И не сговариваясь, за ними наклонились мы оба, соприкоснулись пальцами. Он опередил — поднял первый, медленно вложил в мою ладонь, не сводя с меня взгляда. Закусив губу от смущения, я отвела глаза, отвернулась к двери. Крамер стоял прямо за моей спиной, и я чувствовала его буквально каждой клеточкой. Его дыхание, его взгляд, его близость — это жгло кожу и заставляло сердце бешено колотиться. Кажется, даже волоски на загривке встали дыбом.
От волнения я стала какая-то неуклюжая и даже в скважину попала не с первого раза.
Боже, я с ним, вдвоём, в темноте, совсем близко… Сердце едва не выпрыгивало из горла. В этот момент напряжение достигло такого накала, что, казалось, даже лёгкое прикосновение пронзит током.
Я одновременно этого хотела и почти панически боялась. Сама понимаю, что это странно, нелепо, нелогично, но вот так…
Наверное, потому что он первый, кто вызывал во мне такое сильное желание, и я не знала, что с этим делать.
Испугавшись, что вдруг это начнётся прямо сейчас, я поспешно включила свет. Нет, я ещё не готова! Мне надо успокоиться, собраться с духом и… привести себя в порядок. Стало так ярко, что я сощурилась.
Но его свет, не смутил, как меня. Я это видела по выражению его лица. Такое бывает у человека, который для себя всё твёрдо решил и его уже ничем не остановить.
Крамер поставил мою сумку на пол, шагнул ближе и тут же привлёк меня к себе.
Боже, мелькнула мысль, я сейчас потеряю сознание…
Мы прервали поцелуй лишь тогда, когда я начала задыхаться.
— Мне надо в ванную, — выдохнула я, всё ещё держась за его плечи. Голова моя шла кругом, перед глазами всё плыло.
Крамер послушно отстранился, кивнул. Но взгляд и учащённое дыхание выдавали, что остановился он с большим трудом.
Приобняв за талию, он помог мне добраться до ванной. Опираться на левую ступню было всё ещё больно, хоть в травмпункте и успокоили, что ничего страшного, всего лишь небольшое растяжение связок.
Крамер не уходил, так и стоял на пороге ванной.
— Я помогу.
— Нет-нет, я так не смогу, — запротестовала я. — Ну правда, я сама.
Несколько секунд он молча смотрел на меня, потом согласился:
— Только не надо дверь закрывать. И если что — я рядом.