Меня трясло от дикого ужаса, и я продолжала прижимать ладонь ко рту, чтобы случайно не вскрикнуть.
Так, стоять! В доме наверняка установлена совершенная система безопасности. Я в этом не сомневалась. Разве обычный бездомный смог бы забраться внутрь без того, чтобы не сработала сигнализация?
Дышать, нужно дышать и не впадать в панику. Хотя куда тут! Разве можно сохранять спокойствие, когда сидишь на цепи, и рядом нет ничего, чем можно было бы защититься, а в это время неизвестный бродит по дому и в любой момент может добраться до тебя!
Нехорошо! Очень, очень нехорошо!
Сквозь усиливающуюся тревогу и испуг, я настороженно прислушивалась к передвижениям неизвестного этажом выше.
Вдруг шаги начали отдаляться, но уже через минуту кто-то принялся дергать ручку подвала.
Я всхлипнула и покрепче зажала рот; биение моего сердца чувствовалось где-то в районе горла.
Очевидно, Адам запер подвальную дверь, и сейчас я испытывала огромную благодарность к нему из-за этого.
Но главное сейчас было пережить этот кошмар. Я молилась о том, чтобы человек за дверью удовлетворился запертым замком и убрался от дома и от меня как можно дальше.
Мне показалось вечностью, пока ручка перестала дергаться. Прислушавшись, я ничего не услышала.
Тем ни менее, я еще долго не могла успокоиться. Забившись в угол кровати, прижала колени к груди, с широко распахнутыми глазами таращась в сторону лестницы и напрягая слух до предела. В итоге у меня разболелась голова, и меня тошнило от недосыпа. Когда за окнами стал заниматься рассвет, я сдалась усталости и незаметно для себя отключилась, впав в поверхностный, тревожный сон.
* * *Адам появился около полудня: молчаливый и мрачнее тучи.
Правда? Он хочет, чтобы я не волновалась, когда я заперта в этом подвале, а по дому шастают неизвестные, и вполне возможно опасные личности?
Легко сказать.
Но мысли о ночном инциденте как-то отодвинулись на задний план, когда Адам ничего не объясняя, снял с меня наручник.
Вот так вот я вновь была свободна. Ну, почти.