Если я сейчас же не уберусь отсюда, то убью ее.
Пошатываясь, я поднимаюсь на ноги и каждый шаг как преодоление препятствия, пока я иду к машине. Прежде чем сесть за руль, оглядываюсь на дом и представляю ее сейчас, испуганную, дрожащую, поруганную. Злая улыбка трогает мои губы но я не чувствую и грамма удовлетворения.
Я верил, что все могло быть иначе и теперь сожалею, что так обманывался.
Чертова сука провела меня!
Зверь во мне ищет выхода. Он желает получить жертву, рычит и воет, рвет когтями изнутри.
Я вжимаю голову в подголовник кресла и плотно закрываю глаза. Мне нужно что-то, что удержит меня в реальности, пусть на самой границе, но если я соскользну во тьму, то демон одержит победу надо мной и моя борьба все эти годы будет проиграна. В итоге я окажусь узником стен «Психиатрической больницы Анны Фокс», совсем как мама.
Я подношу руку к прикуривателю, вынимаю штекер и прикладываю запястье в раскаленный центр.
Эффект, на который я рассчитывал, получен. И тогда я, наконец, убираюсь от нее и этого места, с каждой милей увеличивая расстояние между нами.
* * *Я могу убить его. Я хочу это сделать. Еще никогда прежде жажда причинить вред, жажда разрушения не была во мне такой сильной.
Лишить его жизни за то, что посмел посягнуть на мое. Посмел коснуться ее своими грязными руками. За то, что трогал ее идеальную кожу, целовал ее своими недостойными губами.
Убить, потому что посчитал себя вправе трахнуть ее.
Я знаю, что должен делать. Этот выблядок расплатится своей кровью. Ничего не стоит устроить его смерть и сделать так, чтобы его труп никогда не нашли. И его лапы впредь никогда не коснутся ее.
Я останавливаю машину на обочине и делаю звонок, который решает судьбу парня, смевшего перейти мне дорогу.
Закончив разговор, я вновь выезжаю на дорогу и направляюсь в «Падших ангелов». Адреналин и ярость во мне бушуют как штормовое море и мне необходима разрядка.
В клубе Эрик приветствует меня но, заметив мое состояние, хмурится и пытается выяснить, что случилось. Я не хочу говорить, я не хочу никому ничего объяснять.