– У нас приказ – вперед! – не унимался капитан.
– Будешь мешать выполнению боевой задачи, я тебя расстреляю как провокатора! Тут моя работа. Моя улица. Понял?
И капитан сдулся.
Вскоре бойцы НКВД взяли еще один дом на пути к Тракторному заводу… Потом еще один."
"Рота НКВД действовала методично. Подавляла неторопливо, но уверенно огневые точки немцев. Артиллеристы подогнали две сорокапятки, и те наконец справились с проклятым пулеметом, который бил с чердака. А потом заглушили второй пулемет – в руинах…
Бойцы забрасывали гранатами врага, проползали ужом, используя укрытия.
А потом грохот стих. И ошарашенный Иван понял – все. Улица взята. Перед ними простирался Тракторный завод, к которому с другой стороны подходили бойцы из третьего батальона.
К вечеру завод был освобожден от немцев. Среди разбитых заводских корпусов майор Рогозин выстроил свой батальон. Подошел к Ивану, вытирая платком лицо от копоти и кирпичной пыли:
– Если б не знал, как все было, решил бы, что вы за чужими спинами отсиживались.
Действительно, итоги боя удивляли. В роте было два тяжелораненых, несколько легкораненых и ни одного убитого.
Иван только усмехнулся. Ему страшно хотелось пить, а фляга была пробита шальной пулей.
В те городские бои Иван убедился, что подготовка бойцов НКВД сильно выше общеармейской. Сказывались и критерии отбора, и то, что там удалось сохранить довоенное профессиональное офицерское ядро.
Позже рота обеспечивала безопасность празднеств в честь освобождения крупнейшего города Украины.
Армия ушла развивать наступление. А бригада НКВД и небольшой армейский гарнизон остались в Харькове для обеспечения безопасности города.
Вскоре на город навалились немцы. Откуда они взялись, как проглядела их разведка – непонятно. Фашистская пехота и бронетехника умело продвигались вперед. Взрывы уже звучали недалеко от вокзала.
Бригаду подняли по тревоге – это была единственная реальная сила, способная защитить Харьков.
Опять городские бои. Рота выдвинулась на блокирование ударного немецкого отряда.