Куда делся тот Артем, который смотрел так, словно знает и понимает меня лучше всех остальных в этом мире? Неужели я была настолько ослеплена его улыбкой и непринужденной болтовней, чтобы не почувствовать неискренность в его поведении? А тот вечер в доме у озера? Неужели все это…
— Что-нибудь выбрала? — доносится его до приторности вежливый голос. — Если хочешь, я могу что-нибудь…
— Выбрала, — перебиваю я. — Я буду крем-суп из порея, салат с гребешками, стейк-миньон с гарниром из цветной капусты, яблочный смузи и фирменный десерт от шефа.
Выпалив все это на одном дыхании, я захлопываю меню. На деле я просто зачитывала первое попавшееся названия из каждой колонки блюд, решив, что вкусная еда должна стать компенсацией этому лжесвиданию.
— Твой аппетит впечатляет, — удивленно замечает Артем. — Я, пожалуй, буду тоже самое. Голоден после тренировки.
Промычав незаинтересованное «угу», я кладу локти на стол и выжидающе вонзаюсь взглядом ему в переносицу. Мол, как дальше будешь развлекать?
— Как твое настроение? — в его голосе слышна настороженность.
— Великолепное, — нараспев отвечаю я. — Скоро финал, а это значит, что мы все скоро вернемся домой.
— Соскучилась по родным? — его глаза теплеют.
— Разумеется.
Мои односложные ответы не дают простора для фантазии, и лицо Артема становится озадаченным. Видимо, самые оригинальные свои вопросы он уже задал.
— Какие планы после шоу? — наконец выдает он после паузы.
— Жить свою жизнь. — Вопреки желанию сохранять спокойствие и не вступать в словесные перепалки, в моем голосе слышен вызов. — Нормальную жизнь без необходимость играть не свои роли.
Глаза Артема сужаются.
— А здесь ты играешь не свою роль?
— Да. Порой приходится.
— А сейчас ты такая как есть или играешь?
Становится сложнее дышать. Какого черта он об этом спрашивает? Уж лучше пусть продолжает корчить из себя вылизанного манекена, чем пытаться снова пролезть мне в душу.
Взяв стакан с водой, я выпиваю его залпом и смотрю ему в глаза:
— Следующий вопрос.
45
Если бы меня спросили о худшем свидании в жизни, я бы без раздумий назвала это. Каждое блюдо на вкус ощущается как вымоченная бумага, от направленного света слезятся глаза, а Артем, сидящий напротив, неимоверно бесит.
Нет, он больше не пытается задавать провокационные вопросы или смотреть так, словно задался целью определить вес моего мозжечка.