Принимай назначение заместителем наркома внудел, включайся в работу и вместе с товарищем Новиковым поступай в распоряжение товарища Ежова.
Чкалов подобрался, встал по стойке смирно.
— Я не подведу, товарищ Сталин. Ни вас, ни партию!
Сталин молча кивнул и пожал Чкалову руку.
— И вот о чем я хочу попросить вас, товарищи, — голос Сталина остановил их в дверях. — Достаточно наши враги сделали черных дел. Киров, Куйбышев, Лакоба… Они не должны больше дотянуться ни до одного советского человека. Каждый советский человек должен чувствовать себя в безопасности! — И без всякого перехода: — Товарищ Новиков, задержитесь.
Кирилл успел сказать Чкалову:
— Подожди меня, товарищ замнаркома, — и вернулся в комнату.
Жестко глядя ему в глаза, Сталин произнес:
— Товарища Чкалова можете посвятить в любые подробности, какие сочтете нужными. Сообщать товарищу Ежову ненужные ему детали не следует.
Чкалов ехал в Осинфбюро с неохотой, уступив лишь настоятельным рекомендациям Берии, а в особенности тому, что давая их, Лаврентий Павлович делал сквозь пенсне страшные глаза и пальцами, носом, руками да и всей своей фигурой яростно намекал, от кого эти рекомендации исходят на самом деле.
— Агитационный пулемет не видал, Кирилл Андреевич?
— Не доводилось, Валерий Павлович. А что это такое?
— А это такой пулемет, который должен действовать на врага не только физически, но и, так сказать, психологически.
Кирилл резко дал по тормозам и теперь лежал грудью на руле, содрогаясь от душившего его смеха. Чкалов потер лоб и рискнул продолжить:
— А еще один интересный товарищ тут вот миномет предложил, как он говорит — «мобилизационный».
— Главное — бесшумно, и пламя ночью не демаскирует, — простонал Кирилл, трясясь от хохота.