Хотя совместными усилиями разных стран, коалиций и союзов пришлось выловить и казнить всех магов-отступников – это было правильное решение: отделить их потомков от обычных людей.
Казалось, Лоренцо увлекся собственным рассказом и начал посвящать Агнию в тонкости магических стычек того времени. Он повествовал ей о военных конфликтах и магических боях, перескакивал на мощнейшие артефакты и неразгаданные тайны.
В какой-то момент Агния тихо спросила:
– Ваше величество, простите, что перебиваю… С семьей, в которой я родилась, еще что-то не так?
Некоторое время король молчал, и Агния уже решила, что ответа не дождется.
"– Глядя на вас, Агния, я забываю, что вы не ребенок. Ну что ж… Неприкасаемых, моя юная леди, после войны было столько, что ни одно из королевств не рискнуло устроить такую массированную резню и отправить на смерть половину подданных. Зачинщики, разумеется, исчезли с лица земли, а их последователи… Поймите правильно, Агния: почти все страны находились на грани голода и разорения.
Король сделал паузу и отпил пару глотков легкого вина. Агния терпеливо ждала продолжения.
– Так вот… В маленьком княжестве, которое перестало существовать уже несколько сотен лет назад, пришел к власти слишком слабохарактерный правитель. Его фаворитка была из касты Неприкасаемых. Она вымолила у господина разрешение не клеймить следующие поколения.
Его величество еще раз глотнул вина, смягчая пересохшее горло, и довольно сухо продолжил:
– У женщины, которую общество считает вашей матерью, у миледи Ламмерс, на ладони стоит такое клеймо. Так же, как и у отца семейства.