А потом я как-то незаметно втянулся…
Вот во время одной из таких бесед Агния, сама не зная почему, разоткровенничалась с мэтром Готье. Маленький архивариус был просто потрясен. Новость об иномирности девушки настолько взволновала его, что, забыв правила приличия, он вцепился в ее руку своей костлявой птичьей лапкой и с горящими глазами потребовал:
– Рассказывайте!
В этот день в свои покои Агния вернулась почти к вечеру – такой длинной и содержательной оказалась беседа.
Однако постепенно ее мысли свернули к реальности. Теперь она уже знала о том, что счел нужным утаить король. Мэтр Готье оказался весьма осведомлен о многих тайнах и секретах.
– Я обязательно покажу вам этот свиток, леди Ламмерс! Только вы обязаны молчать о том… – тут мэтр почему-то смутился и не договорил.
Агнии пришлось добывать сведения почти шантажом. Она сообщила, что планирует в ближайшие дни отдохнуть.
– Я, конечно, увлекся разговором с вами. Но для таких старых болтунов существует заклятие молчания, леди Ламмерс. Получается, что раз мы говорим без проблем, наложено оно не только на меня. Значит, леди, и вы носитель такого же заклятия. Иначе я бы начал задыхаться, рассказывая вам про Джоэль Всевидящую, а вы не смогли бы поведать о своем мире, – мэтр старался не смотреть ей в глаза.
Они оба понимали, что раз Агния не знает о заклятии, то наложена эта магия была без ее ведома. И оба испытывали при этом некую неловкость.
– Государственные тайны… Они такие… Требуют, понимаете ли… – неопределенно буркнул мэтр Готье на прощание. Даже его великолепный голос казался тусклым и обычным.