Сержант Молодченко1-й ПДП Первой гвардейской бригады СНПостановление ЦИК СССР
от 20 ноября 1938 года
Учитывая высокую ценность научных разработок в военной сфере и необходимость поощрения ученых и специалистов, занятых военной наукой, учредить правительственную награду «Орден Засядько»[169].
Из статута «Ордена Засядько»
Орден учрежден для награждения за большие заслуги в деле развития оборонной науки Союза ССР.
Орденом награждаются:
военнослужащие РККА, Военно-Морского Флота, а также сотрудники органов Народного комиссариата внутренних дел СССР.
граждане СССР, внесшие выдающийся вклад в военную науку, и научные коллективы — за значительные разработки в сфере обороны…
Глава Третьего рейха Адольф Гитлер мерил свой кабинет быстрыми широкими шагами. На лице его застыла угрюмая гримаса, свидетельствовавшая о крайней степени раздражения фюрера великой германской нации.
Только что из кабинета в Бергхофе вышел фон Риббентроп, сменивший на посту министра иностранных дел слабовольного нытика фон Нейрата.
— …Мой фюрер, только что пришло донесение из Варшавы: поляки объявили войну Советской России.
— Что?! ЧТО?!! Повторите, что вы сказали, Иоахим?!
— Польское правительство сделало заявление о том, что с нуля часов тридцатого октября сего года республика Польша находится в состоянии войны с Союзом Советских Социалистических республик… Что с вами, мой фюрер?!
Гитлер вскочил на ноги, выпучив глаза и злобно оскалившись.
— Как вы это допустили, я спрашиваю?!!
Министр иностранных дел Третьего рейха отпрянул назад:
— Но, господин рейхсканцлер… мой фюрер… что же мы могли поделать? — залепетал он. — Как мы можем не дать Польше вступить в войну? Ведь это все-таки независимое государство…
— Вы знали о польских планах? — наступал на опешившего Риббентропа Гитлер.
— Н-нет… Мой фюрер, я — ничего… Это — разведка! — в отчаянии взвыл министр иностранных дел. — Разведка! Разведка!!! — иступленно вопил он.
Гитлер неожиданно смягчился:
— Ну-ну, старый товарищ, ну-ну… — Он похлопал Риббентропа по плечу. — Что это вы, в самом деле, а? Я верю вам, Иоахим, верю.