Отчеты по итогам войны были уже написаны и сданы в секретариат, но Сталина всегда интересовало живое общение и мнение людей, для того, чтобы понять, что важно, а чем можно пренебречь.
Сначала, по сути, доложился Ворошилов. Отметив насколько легко было управлять армией, оснащенной системами радиосвязи, и с подавленной связью у противника, он вновь посетовал, что слишком мало грамотных инструкторов, не хватает новой техники и строительных материалов для возведения долговременных оборонительных сооружений.
— Мы ведь еще не использовали новые истребители?
— Ограниченно, товарищ Сталин. Основную массу бережем для большой войны. Но летчики уже летают и осваивают новую технику. Три училища и пять учебных центров уже получили «И-180» и учатся воевать. А сейчас в воздухе в основном «И-шестнадцатые» и И-сто пятьдесят третьи с новым мотором и усиленным вооружением. Сто восьмидесятые применяли несколько раз в составе инструкторских эскадрилий, для наработки боевого опыта и тактики.
— А как показали себя переделанные танки?
— Тоже отлично. — Ворошилов уверенно кивнул. — За все время боев было потеряно лишь пятьдесят машин, и в основном по причине поломок. Все танки своевременно выведены в тыл и отремонтированы силами полевых мастерских. Как мы и полагали, тридцатисемимиллиметровые пушки «Бофорс» не могли пробить ни лоб, ни борт, и в основном все повреждения сводились к поражению внешней ходовой части, если артиллеристам каким-то образом удавалось попасть в нее.