– Как насчет этих? – Он указал на серьги с огромными бриллиантами, каждый из которых тянул по меньшей мере на три карата.
Она наморщила носик:
– Думаю, маловаты будут.
Уголок его рта дернулся.
– Тогда давай посмотрим сапфиры, – предложил он, подведя ее к замысловатому ожерелью. – Они подойдут к твоему платью.
– Вполне, – согласилась Эмили.
Люк кивнул мужчине, стоящему рядом со шкафчиком. Тот отпер дверцу и достал ожерелье на подставке, обтянутой бархатом.
– Люк, я пошутила, – растерянно пробормотала девушка.
– Не беспокойся, мы просто его одолжим, – сказал Люк, проведя кончиками пальцев по камням. – Ты наденешь украшение, какойнибудь толстосум увидит, как хорошо оно на тебе смотрится, и купит его. С этой целью и устраиваются подобные выставки.
– Но оно, наверное, стоит целое состояние.
– Примерно двести тысяч фунтов, – сообщил продавец.
Эмили чуть не вскрикнула от испуга.
– Я не могу его надеть. Что, если замочек сломается?
Мужчина бросил на нее испепеляющий взгляд:
– Наши замочки не ломаются.
– Что, если я про него забуду и уйду с ним домой?
– Уверяю вас, мэм, – произнес он, посмотрев в сторону охранников, – этого не случится.
– Но у меня на шее уже есть подвеска, – попыталась возразить она в последний раз.
– Так сними ее, – прошептал ей на ухо Люк.
– Тебе не терпится меня раздеть? – промурлыкала Эмили.
Она решила, что у Люка подвеска будет в большей безопасности, чем в ее маленькой сумочке.
Опустив подвеску ему на ладонь, Эмили предупредила:
– Не потеряй ее. Она принадлежала моей матери и очень дорога мне.
– Можешь быть спокойна. – Люк убрал цепочку во внутренний карман пиджака.
– Я все еще не уверена, что это хорошая идея.
– Замолчи.
Взяв с подставки ожерелье, он надел его на девушку и начал застегивать замочек на шее.
По сравнению с драгоценным металлом его пальцы, прикоснувшиеся к ее коже, были горячими как огонь.
– Я себя чувствую обманщицей.
– Ты выглядишь как богиня.
– Скорее Золушка.
– Ты уйдешь отсюда до полуночи.
– С прекрасным принцем?
– Боюсь, тебе придется довольствоваться мною.
Эмили вздохнула.
– Думаю, я какнибудь это переживу. – Она нахмурилась. – Как люди узнают, что оно не принадлежит мне, а выставлено на продажу?
– Показ начнется через пятнадцать минут, – вмешался в разговор продавец. – Выступят еще восемь дам. Я могу записать ваше имя, мэм?
У Эмили вытянулось лицо.
– Показ?
– Вы будете демонстрировать наше ожерелье.
– Перед всеми этими людьми? Пожалуйста, скажите, что вы пошутили.