Эмили повернулась и направилась к выходу, но тут миссис Пирсон на удивление сильно схватила ее за локоть:
– Вы должны знать, что он никогда вас не полюбит.
По спине Эмили пробежал холодок. Она и не надеялась на то, что Люк ее полюбит, но чтото во взгляде этой дамы заставило ее насторожиться.
– Почему? – спросила она небрежным тоном.
– Потому что он всегда будет любить мою дочь.
Девушка похолодела. Люк влюблен в дочь миссис Пирсон? Тогда почему он флиртует и занимается сексом с ней, с Эмили? Конечно, она мало знает Люка, но он не производит впечатление плейбоя.
Неожиданно взгляд пожилой женщины смягчился, стал задумчивым и печальным. У Эмили появилось нехорошее предчувствие.
– Кем вы приходитесь Люку? – тихо спросила девушка.
– Моя дочь – жена Люка, а я его теща.
Кровь отхлынула от лица Эмили. Люк женат? К горлу подкатилась тошнота.
– Люк сказал, что не женат, и я ему верю, – произнесла она.
– Фактически так оно и есть, но его сердце все еще принадлежит моей дочери.
Эмили нахмурилась:
– Простите, но я вас не понимаю.
– Моя девочка умерла три года назад.
У Эмили чуть не подкосились ноги. Люк вдовец?
– Он был опустошен. Мы все были опустошены.
На мгновение морщины на лице миссис Пирсон углубились, дух сопротивления покинул ее.
– Мне очень жаль.
Миссис Пирсон расправила плечи:
– Я не нуждаюсь в вашем сочувствии. Я просто хотела выяснить, знаете ли вы о Люке и моей дочери. Грейс активно занималась благотворительностью. Они часто посещали вместе это мероприятие. После ее смерти он ни разу здесь не был. Я приходила вместо него. – Она пристально посмотрела на Эмили. – Теперь вы понимаете, почему я хотела с вами поговорить?
– Да.
– Он о ней упоминал?
– Нет.
– Хорошо, что вы теперь все знаете.
Миссис Пирсон покинула дамскую комнату. Эмили показалось, что мир перевернулся. Ее сердце бешено колотилось, все тело дрожало. Она понимала пожилую женщину. Разумеется, та желала знать, кто занял место ее дочери. Вот только Эмили не занимала ничье место.
Разве она может сейчас вернуться к Люку? Флиртовать с ним, заниматься сексом? Внутри все сжалось, огонь желания потух. Остались только сомнения, смятение и боль.